Казань. Полная история города

Полная растерянность царила в Казани. Прибывший 8 июля в Казань начальник секретной комиссии генерал-майор П.С. Потемкин в этот же день отправил императрице донесение, в котором писал: «В приезд мой в Казань нашел я город в столь сильном унынии и ужасе, что весьма трудно было мне удостоверить о безопасности города. Ложные по большей части известия о приближении к самой Казани Пугачева привели в неописанную робость, начиная от начальника, почти всех жителей, так что почти все уже вывозили свои имения, а фамилиям дворян приказано было спасаться». Одним из первых убежал из Казани в Нижний Новгород шеф казанского дворянского корпуса генерал-майор Ларионов. «По всей Казанской губернии великая опасность, – рапортовал капитан Будмирович, – всю казну отправляют в Москву, изо всех мест».

Сергей Павлович Петров, советский педагог и краевед

Нападения следовало ожидать с восточной стороны, и там были наиболее усилены укрепления. На пространстве от левого берега, через Арское поле до озера Кабан, в четырех местах были построены батареи.

Неизвестный художник. Яицкие казаки в походе. XVIII век

Казанский купец И.А. Сухоруков потом вспоминал: «Наши казанские военачальники наскоро построили на Арском поле 4 батареи, между которыми поставлены были рогатки, вышиною по грудь человека. Первая батарея стояла, где ныне дом Удельной Конторы; вторая, где ныне оканчивается у Арского поля новая Горшечная улица; третья – на третьей горе Суконной слободы; a четвертая – на высоком берегу реки Казанки, недалеко от нынешней Красной улицы. На этих батареях находились одни только инвалиды и приданные им в помощь непривычные к военному искусству граждане».

На каждой батарее было по одному или по два орудия.

У Арского поля стоял П.С. Потемкин с отрядом в 400 солдат. Внутри города, по Арской улице, недалеко от Богородицкого монастыря, был поставлен гимназический «корпус» под командованием директора фон Каница, причем к гимназистам присоединились художники и ремесленники из немцев, вооруженные 50 карабинами.

10 июля 1774 года Пугачев разбил в 12 километрах от города высланный ему навстречу отряд полковника Н.В. Толстого, причем сам командир погиб, пытаясь отбить захваченную пушку, а его люди были разгромлены, и большая часть солдат сдалась в плен.

После этого Пугачев послал казанцам указ, чтобы они без сопротивления «покорились государю, приняли его с честью и сдали город». Покорившимся были обещаны всевозможные милости.

Как только в Казань пришло известие о том, что Толстой разбит и убит, а Пугачев уже у самого города, многие жители поспешили оставить город, а в числе первых, как уже говорилось, бежал шеф дворянского корпуса А.Л. Ларионов – «по крайней надобности», в Москву.

А тем временем самозванец остановился между Казанкой и селом Царицыным. Его армия состояла более чем из 20 000 человек, но вся эта масса людей была либо плохо вооружена, либо вообще безоружна.

Крестьяне, добровольно или принужденно приставшие к пугачевцам, имели одни дубины да колья; башкиры были вооружены луками, а яицкие казаки ружьями, но тех и других было сравнительно мало.

Михаил Николаевич Пинегин, российский историк, этнограф и краевед

Пугачев взял Трехсвятское (Елабугу), Мамадыш и 11 июня 1774 года остановился лагерем у Троицкой мельницы, а это уже примерно 7 километров от Казани.

Войско восставших насчитывало до 20 000 человек – никогда еще оно не собиралось в одном месте в таком количестве, но вооружены повстанцы были очень плохо: у большинства в руках были только самодельные копья, дубины и заостренные шесты.

Владимир Васильевич Мавродин, советский историк

Пугачев принял решение штурмовать город.