Каждый глубокий вдох. Опасная сторона реанимации, о которой никто не говорит

Тодд был счастливчиком. В ходе анализа пятидесяти двух исследований, в которых приняли участие более 10 тысяч ранее работавших выживших в отделении интенсивной терапии, мы выяснили, что 40 % становились безработными через год после выписки из больницы, в то время как 33 % обретали статус безработных через пять лет. Кроме того, после первоначального возвращения на работу до 36 % впоследствии теряли ее, 66 % сменили профессию и целых 84 % испытали трудности на службе, например сокращение рабочего времени. Приведенные выше цифры и данные других исследований подчеркивают как разрушительные последствия интенсивной терапии, с которыми приходится сталкиваться выжившим пациентам, так и необходимость последующего ухода, который помогает им вставать на ноги.

Преимущества возвращения к работе заключаются не только в финансовом аспекте, хотя это, очевидно, важно. Когда выжившие пациенты возвращаются к занятиям, которыми они когда-то наслаждались, то снова ощущают собственное достоинство, гордость, независимость, принадлежность и цельность, и это способствует их эмоциональному и психологическому благополучию. От этого выигрывают все.

* * *

Новый пациент на шестой койке в отделении интенсивной терапии при Министерстве по делам ветеранов США выглядел так, словно дремал, завернувшись в плед. Казалось, рядом с ним не было никого: на прикроватном столике не стояло семейных фотографий – но, возможно, кто-нибудь зайдет повидаться с ним позже в тот же день. Я сделал пометку в его карте, чтобы узнать о семье. Я видел записи, что этот человек сидел в тюрьме годом ранее, что его уровень сахара и холестерина в крови был слишком высоким, а натрия – очень низкий. Когда я подошел к кровати, он открыл глаза и моргнул, глядя на меня.

– Доброе утро, мистер Льюис! Я доктор Эли, и я позабочусь о вас сегодня.

Его взгляд скользнул вбок. Я сразу начал проверять его на наличие делирия, параллельно объясняя все, что делал: «Сжимайте мою руку каждый раз, когда слышите, как я произношу букву А, и, если я произношу другую букву, не сжимайте. Готовы?»

Он кивнул, его дыхательная трубка двигалась вверх и вниз.

«Мне жаль. Мы попробуем сделать этот процесс легче».

Он пожал плечами.

А – крепкое пожатие. Б – ничего. Р – ничего. А – ничего. Я продолжал произносить слово «абракадабра» по буквам, и мистер Льюис немного скривился, глядя прямо на меня, но не ответил. Он находился в сознании и бодрствовал, но совершенно не мог сконцентрировать внимание.

Закончив осмотр, я сказал команде, что у него гипоактивный делирий – тот вид болезни, который может проявляться в виде вялости и апатии и который не замечают в 75 % случаев, если не ищут со специальными инструментами для анализа на делирий. Я подумал, как легко было бы отмахнуться от него как от несговорчивого пациента. Он пропустил два сеанса диализа, и в его организме скопилось очень много жидкости – неудивительно, что уровень натрия был опасно низким, это объясняло делирий. Теперь этот человек был раздражен, обнаружив, что снова находится в отделении интенсивной терапии. Я подумал, мог бы я в более молодом возрасте предположить, что он просто ведет себя агрессивно.

«Что мы знаем о пропущенных сеансах диализа? – спросил я. – Была ли у пациента возможность добраться к нам? Можем ли мы проконсультироваться с социальным работником нашей команды?»

«Мы уже сделали это, – сказал молодой врач. – Здесь замешана полиция. Они приходили в больницу искать его, когда он был здесь в последний раз».

Это могло бы многое объяснить. Я мог представить, что пациент не хотел идти на диализ, боясь столкнуться с правоохранительными органами. И теперь мистер Льюис был тяжело болен.

«Дай мне знать, когда социальный работник будет здесь, хорошо? – попросил я. – Я хотел бы участвовать в разговоре».

Мне было приятно осознавать, что сотрудники уже позаботились о привлечении социального работника и знали, что когда мы лечим пациента, то также должны учитывать внешние факторы, которые приводят к болезням и травмам.

Обстоятельства жизни пациентов влияют на их здоровье и способность получать медицинскую помощь. Мы думаем об этом как о восходящих факторах.

Социальные факторы здоровья – это условия в местах, где люди живут, работают, ходят в школу и играют и которые влияют на широкий спектр рисков и результатов. Особенно важными факторами являются состояние жилья, уровень образования, поддержка сообщества, доступ к медицинскому страхованию и медицинскому обслуживанию, доступность общественного транспорта, уровни бедности, занятости и насилия.

Когда я, будучи подростком, работал со сборщиками урожая на ферме, то заметил, что они не ходили регулярно к врачам, хотя тогда я не мог назвать причины этого. Теперь я понимаю, что у них не было медицинской страховки. Им платили ежедневно, и они не могли позволить себе взять отгул, чтобы обратиться к врачу, или просто поболеть дома.