Химеры разума. Современная психология о монстрах древности. Как разоблачить свои ночные кошмары

Помимо единичных случаев одержимости, хроники засвидетельствовали случаи массового «беснования» – настоящие психические эпидемии, периодически возникавшие в монастырях. Особенно прославилось такими явлениями XVII столетие. В тесном, замкнутом коллективе, в среде глубоко укоренившихся религиозно-мистических верований легко возникали и распространялись причудливые психические аномалии. Такова знаменитая история «луденского беснования», закончившаяся казнью священника, обвиненного в колдовстве, и более ранний схожий эпизод в Провансе – из-за одержимости монахинь тогда также поплатился жизнью приходской священник[158].

Стоит заметить, что для объяснения феномена одержимости католические авторы обычно использовали концепцию «божественного попущения», подразумевающую, что Господь Бог дает дозволение дьяволу овладеть человеком в наказание за его грехи. Здесь мы видим типичное проявление ортодоксальной христианской теодицеи – творение злых дел приписывается не Богу, а Дьяволу и его приспешникам, но без воли Божьей причинить вред человеку они не способны, иначе пришлось бы усомниться во всемогуществе Бога. К примеру, пуританский проповедник XVI в. Джордж Гиффорд в своих трудах писал:

«Ибо если они (люди) предполагают, что дьявол есть нечто вроде палача Господнего и обнаруживают, что он обладает некоей силой, данной ему досаждать, вредить и волновать людей телесно, либо каким-то иным образом, то, зная наверняка, что это исходит от Господа, они понимают (как это и есть в действительности), что Бог недоволен ими за их проступки. И они стремятся к Нему и застенчиво умоляют простить и освободить от этого врага, желая вооружиться многомощным оружием веры для того, чтобы отбить его нападки и противостоять ему, как того желал сам Господь. Нет ничего более худшего для человека, чем впадать в греховное заблуждение, думая, что ведьмы сами сделали все это, руководствуясь своим гневом, и не понимая, что происходит сие от людских грехов и неверия»

[159]

. Получется, что Господь Бог, как Вышний Судия, использует зло, причиняемое посредством дьявола, для наказания грешников. Такой подход был чужд дуалистическим направлениям христианства – катаризму и богомильству. В этих религиях высшее божество признавалось абсолютным добром, не причастным злу и не вершащим суд над людьми. Но, вслед за манихейством, эти религиозные течения сошли с исторической сцены (а точнее – были намеренно вытравлены) и «социальный климат» в европейских странах многие последующие века создавало ортодоксальное христианство.

Вместе с тем уже в эпоху Возрождения высказывались скептические догадки о природе одержимости, осуществлялись попытки перевести проблему в русло медицины. Подобные взгляды разделял Йохан Вейер (ученик оккультиста Корнелия Агриппы Неттесгеймского), который в своих работах открыто называл одержимых сумасшедшими и шарлатанами, хотя при этом и не отрицал возможности истинной демонической одержимости. Но сторонники сверхъестественной природы данного феномена также не сдавали позиции. Богатым подспорьем для преследования ведьм и поиска одержимых стало сочинение французского юриста Жана Бодена «Демономания колдунов» (De la démonomanie des sorciers)[160]

. Под термином «демономания» изначально подразумевалась нечестивая связь людей со злыми духами, порабощение ведьм и колдунов демонами, делающими их орудием злодеяний.

<p>Демономания в психиатрии</p>