Хирурги, святые и психопаты. Остросюжетная история медицины

23 декабря 1954 года Джозеф Мюррей в больнице Бригама в Бостоне обошел преграду в виде агрессивного отторжения органа, пересадив пациенту почку от однояйцевого близнеца. Поскольку орган хорошо не отторгся и хорошо функционировал, влияние первой трансплантации от человека к человеку было огромным, и другие хирурги спешили последовать примеру Мюррея. Но как было избежать отторжения органа у реципиента, не имевшего однояйцевого близнеца? Двое ученых, Джоан Мейн и Ричмонд Прен, предложили радикальный подход: иммунную систему мышей ослабляли с помощью сильного облучения, а к пересадке животных готовили путем введения костного мозга донора. Единственная трансплантация, проведенная по такой схеме собаке, оказалась успешной, поэтому в 1958 году Мюррей опробовал эту стратегию на человеке. Двенадцать пациентов с почечной недостаточностью подверглись летальному облучению тела, после чего им ввели донорский костный мозг. Одиннадцать из них скончались в течение месяца. Хорошая новость состояла в том, что единственный выживший, не получивший костный мозг, 20 лет прожил с отлично работающей почкой брата-близнеца.

В 1950-х годах онкологи начали работать с такими препаратами, как азотистые аналоги иприта и 6-меркаптопурин, для лечения злокачественных опухолей и задокументировали у принимавших их пациентов некоторую степень иммуносупрессии. Когда было замечено, что 6-меркаптопурин продлевает срок службы трансплантатов кожи, Рой Калн, хирург-стажер из Лондона, протестировал его на трансплантатах почек у собак и доказал, что он значительно улучшал выживаемость.

Рисунок 11.1: А. Кристиан Барнард в расслабленном состоянии.

В 1960 году Калн опубликовал свои наблюдения в журнале Lancet, положив начало иммуносупрессии в трансплантологии. К сожалению, когда он применил тот же подход к трем людям, почки быстро отказали, и пациенты умерли.

Не испугавшись, Калн получил исследовательскую стипендию у Джозефа Мюррея в Бостоне, который призвал его продолжать эксперименты с облучением. Однако вместо этого Калн решил продолжить эксперименты на собаках с азатиоприном, производным 6-меркаптопурина. Наблюдение, что отторжение трансплантата почки можно значительно отсрочить с помощью азатиоприна, побудило Мюррея и трансплантационную бригаду больницы Бригама начать использовать 6-меркаптопурин и азатиоприн на людях. Мюррей рассказал о первых 10 пациентах на конференции трансплантологов в Вашингтоне в 1963 году. Один из них прожил год, но на момент конференции у него уже развилась почечная недостаточность. Остальные скончались в течение шести месяцев, поэтому результаты были немногим лучше, чем при облучении всего тела. На конференции царила настолько мрачная атмосфера, что многие задались вопросом, целесообразно ли и дальше пытаться пересаживать органы от человека к человеку.

Рисунок 11.1: Б. Передовица газеты Cape Town Argos на следующий день после первой в мире трансплантации сердца.

К счастью, чтобы выпустить джина из бутылки, хватило одной презентации.

Том Старзл из Денвера описал новый иммуносупрессивный режим, сочетающий стероид преднизон с азатиоприном. Этот режим стабильно предотвращал отторжение трансплантата почки. Малоизвестный исследователь, сообщивший о 71-процетном выживании, добился больших успехов, чем все предыдущие хирурги вместе взятые. Публика скептически отнеслась к заявлениям Старлза, но тот принес с собой графики, подробно отражающие ежедневный прогресс каждого пациента. Они включали лабораторные анализы, выработку мочи пересаженной почкой и дозы препаратов. Хотя при приеме одного азатиоприна наблюдались эпизоды отторжения, их обычно можно было устранить введением дозы преднизона. Разумеется, нашлись недоброжелатели, и в формальном отчете о конференции важность открытий Старзла значительно приуменьшили. Однако спустя почти полвека некоторые его пациенты все еще были живы без иммуносупрессии и все с тем же функционирующим органом.

До этой конференции в Северной Америке существовало всего три центра трансплантации почки. За год только в США было запущено 50 новых программ. Все они применяли иммуносупрессивный коктейль Старзла, который оставался стандартом на протяжении почти двух десятилетий. Все изменил Рой Калн, когда они оба впервые провели пересадку печени. Калн стал профессором в Кембриджском университете, где мне повезло обучаться у него общей хирургии и трансплантологии. Технические особенности пересадки печени были относительно простыми, но что насчет сердца?