Холодное детство. Как начать жить, если ты нелюбимый ребенок

Скорее всего, на «Месть и закон», а может, на «Зиту и Гиту». Не столь важно, ведь все они были яркие, музыкальные, с гипертрофированной эмоциональностью, которую только в таком виде я могла тогда распознать. И рыдать от глубины нахлынувших чувств.

Индийские фильмы я люблю до сих пор, хотя смотрю их гораздо реже. И музыку. И особенно слова. Которые сами как музыка.

С того киносеанса началась моя любовь к Индии. К культуре, музыке и языкам. Любовь, которая привела меня в ИСАА при МГУ, где я выучила хинди, бенгали, урду и английский.

<p>Глава 13</p><p>Пушистый снег</p>

Зима. Рыхлый снег пушится под ногами. Даже в темноте под тусклыми фонарями он весело искрится. Хорошо!

Мы с мамой и братом возвращаемся из гостей. Было весело! Мама, правда, считает иначе. Всю дорогу домой она перечисляет, что было не так в моем поведении. И сокрушается, как ей было стыдно за меня. Говорит она тихо, трагично и безнадежно.

Мое веселое настроение улетучивается. Я понимаю, что совершила преступление. Прощения мне нет и быть не может.

Я силюсь вспомнить, что же я такого сделала и как именно себя вела. Но ничего не помню. Со мной осталось лишь ощущение веселья.

Мама права. Я не понимаю, что делаю. И все делаю неправильно. Но пока мы там, мама мне ничего не говорит и не объясняет, как надо. Я расстраиваюсь до слез. В желудке неприятно саднит. Обещаю себе больше так не делать. Но к следующим гостям ничего не помню. Снова играю и веселюсь. И опять получаю выговор от мамы на обратном пути. И не могу вспомнить, что натворила.

В следующий раз я вспоминаю о том, что наверняка вела себя как-то не так, сразу же после выхода из гостей. Жду, что мама начнет очередной трагический монолог. И не ошибаюсь. Меня душит чувство собственной ничтожности и никчемности. Со мной стыдно ходить в гости! Я позор всей семьи! Мама страдает из-за меня!

Хочется исчезнуть, раствориться в этой снежной темноте. Пусть меня лучше не будет, чем я буду такой! Но исчезнуть не получается. Я по-прежнему есть и должна нести ношу своего несовершенства.

Я решаю больше не ходить в гости, чтобы не слышать маминых уничижительных слов. А если уж ходить, сидеть там рядом с ней и молчать. Я превращаюсь в очень тревожную, настороженную девочку, которая взвешивает каждое свое слово и каждое свое действие. Мама больше не обвиняет меня в моих недостатках и ее материнском стыде. Фух! Мы молча идем домой. Снег пушится по ногами, взлетает вверх легкими хлопьями.

Но радости от гостей у меня больше нет.

<p>Глава 14</p><p>Дежурная</p>

В тот день я была дежурной в детском саду. Это значило, что после прогулки с группой я должна была подмести песок на площадке и сложить игрушки.

И вот я стою одна, пространство вокруг словно раздвинулось: небо стало выше, границ никаких. Рядом никого. Немного страшно. Я уже сделала все, что требовалось. Но не ухожу – думаю.

Мне невыносимо хочется сбежать из сада домой. К маме. Я представляю, как дойду до дома по пустым улицам, позвоню в дверь и…

Тут моя фантазия сталкивается с реальностью: «Дома-то никого. Мама на работе. Папа тоже. Брат в школе. Кто мне дверь откроет? В саду хватятся рано или поздно. Начнут искать. Родителям на работу позвонят. Вот они перепугаются! Нет. Я не справлюсь. Не выдержу. Что мне скажет мама и как она будет на меня смотреть?»

Я разворачиваюсь и медленно бреду в сторону сада с веником в руках. Хочется заплакать – не могу. Переживаю крушение надежд без слез.

Почему этот эпизод так хорошо запомнился мне?

Видимо, в тот момент внутри меня зародилась надежда на радикальные перемены в жизни. Я тогда еще искренне верила, что мама станет другой и начнет меня замечать.

Но обдумывание плана побега дало мне понять, что ничего изменить я не смогу. Меня все равно ждет закрытая дверь.

Меня нет, не было и не будет. Точка.

<p>Глава 15</p><p>Питбар</p>

Нас с братом впервые отпускают в кино без взрослых. Кинотеатр в городе один, находится далеко. Брату почти десять, мне пять.

Пока мама рассказывает брату, куда и как повернуть, я вдруг узнаю маршрут и радостно кричу:

– Я знаю, где это!

Мама удивлена:

– Откуда?

Мой ответ стал семейной легендой:

– Да мы с отцом туда в питбар ходим!

Мама резко приземляется на диван.

– Поэтому он так охотно с тобой гулять ходит! Только скажу: «Валера, погуляй с Яной», вы уже раз – и на улице! Вот негодяй! Ты там что делаешь, пока он пиво пьет?

– Под столами хожу да кружки собираю, – не моргнув глазом весело отвечаю я.

Пока мама ахает и охает, думаю о том, что в «питбаре» – так, мне казалось, называли это заведение взрослые – совсем неплохо.

Редкое для российской провинции атмосферное место. Особые запахи. Высокие круглые столики над головой, похожие на грибы из сказки. Разговорчивые дядьки вокруг. Огромные прозрачные кружки. Пиво янтарного цвета с шапкой белой пены. Шипучий кран, откуда его наливают. Продавщицы в белых колпаках, кокетничающие с посетителями. И самое главное – никому нет до меня дела! Отличное заведеньице.

Эх, теперь точно туда не поведут…

<p>Глава 16</p><p>Домой на поезде</p>