Хорошая мама vs Плохая мама. Я не злюсь

Сегодня по телевизору не раз за день вы можете увидеть рекламные ролики, в которых создается радужный образ того, как должно выглядеть материнство. Однако это выглядит нереалистично. Представьте себе рекламу стирального порошка: мать стирает одежду своих детей – футбольную форму, перепачканную в траве, и платье, грязное после игр на заднем дворе. Согласно этой рекламе, «хорошая» мать обязательно должна записывать своих детей в спортивные секции и позволять им кататься в грязи, несмотря на то, сколько времени и сил ей придется потратить на стирку. Предполагается, что именно мать занимается стиркой. В их частном доме также есть все признаки финансового успеха среднего класса: стиральная машина, сушилка и задний двор. На самом же деле, когда мамы, придя после работы или переделав кучу дел по дому, увидят эти перепачканные вещи, они будут возмущены. Неважно, демонстрируют ли они свой гнев или нет, ведь: «Как же так?! Я же только постирала их!» или «Мне нужно приготовить ужин, погладить костюм мужу, а теперь еще и стиркой надо заниматься?!».

В своем эссе под названием «Как современное потребительство формирует интенсивное материнство» (How Contemporary Consumerism Shapes Intensive Mothering) Татьяна Таксева называет интенсивное материнство «привилегированной идеологией», которая предполагает, что у большинства мам есть лишние деньги и они могут потратить их на своих детей. По ее мнению, матери из рабочего класса и малоимущие могут не иметь финансового потенциала предоставить своим детям те же возможности, что обеспеченные матери. Однако реклама внушает им такие же постулаты, что и остальным женщинам вне зависимости от дохода. Нереалистические картинки заставляют матерей всех социально-экономических слоев бороться с чувством неполноценности, вины и, возможно, гнева, ведь они бы хотели дать все эти блага своим любимым детям, но у них не всегда на это есть ресурсы.

В одном из интервью мама по имени Зара рассказала, что постоянные требования к матерям не сразу привели ее к эмоциональному истощению и приступам гнева. Заре исполнилось 30 лет, когда они с мужем взяли на патронатное воспитание[12] двух девочек 8 и 4 лет. Еще будучи студенткой колледжа, Зара с супругом решили, что, поженившись, обязательно будут помогать детям, нуждающимся в опеке. «В то время мы были идеалистами», – смеется Зара. Будучи учителем, ей хотелось взять под свое крыло каждого ученика, который находился у патронатных родителей. Поэтому, создав семью, они с мужем решили таким образом помогать детям.

Зара является представительницей Южной Азии, а ее муж – турок. Они принадлежат к среднему классу, исповедуют ислам и проживают в Миннеаполисе, штат Миннесота. Вначале муж Зары работал на полную ставку менеджером проектов в сфере технологий, а она корпела над докторской диссертацией по разработке учебных программ.

Зара рассказывает, как они делили заботу о детях и домашние обязанности в начале своего родительского пути: «Разделение труда в нашей семье происходило равномерно, так как мы оба на тот момент были заняты полный рабочий день». Зара и ее супруг составляли расписание, согласно которому определяли, кто будет готовить еду, отвозить и забирать детей из школы. Зара рассказывает: «Поскольку я на тот момент училась в аспирантуре, мой график был более гибким, поэтому в распоряжении было больше времени на детей в течение недели». Если, например, в течение дня Зара занималась делами дочек, то ее муж посвящал им вечер, тем самым позволяя жене заняться работой.

Но затем девочки стали оставаться на внеклассных занятиях до шести часов, и супруги поняли, что начали проводить с ними гораздо меньше времени. Им пришлось что-то менять в своей жизни. «Поскольку я зарабатывала меньше, чем мой муж, да и не так горела делом, то решила взять академический отпуск».

Зара была образованной женщиной, стремящейся построить хорошую карьеру. Она никогда не хотела быть матерью-домохозяйкой, но, несмотря на это, сделала «выбор», оставив работу, чтобы больше времени отдавать материнству, то есть «быть хорошей матерью». Решение Зары в какой-то степени можно назвать «логичным», так как она не была основным кормильцем в семье. Но если посмотреть на все семьи, которые делают подобный «выбор», становится ясно, что это не просто «личное решение», а устоявшаяся в обществе модель семьи, согласно которой есть один работающий родитель (почти всегда отец) и родитель (почти всегда мать), сидящий дома, занимающийся воспитанием и домашними обязанностями. Это уже исторический факт. Это не ставится в вину отцам. Но это повод нам задуматься над разделением родительских обязанностей и попробовать изменить сложившийся порядок, попросив наших партнеров о помощи.