Читаем Кино после Сталина полностью

Антон Павлович Чехов. Абсолютный чемпион среди писателей-классиков по количеству экранизаций своих прозаических произведений, рассказов и повестей. Однако влияние его на комедию в советском кино в основном берет свое происхождение от его театра, от пьес, которые он упорно называл комедиями, несмотря на печальный или даже трагический оптимизм их финалов.

И вот еще два замечательных режиссера, два великих мастера. Эльдар Рязанов и Гия Данелия. Очень, очень разные. И вместе с тем…

«Мастер лирической комедии. Этот термин приходит в кинематограф из театра, а отцом лирической комедии считается Антон Чехов. Характерные черты лирической комедии: персонажи не делятся на хороших и плохих; отсутствует действие – вместо каких-то внешних событий показано развитие внутреннего мира персонажей; комическое сочетается с драматическим или даже трагическим»[145].

Интересно, говорили они друг с другом когда-нибудь о том, что их обоих в кино пропустил Чехов…

Когда в 1944 году школьник Рязанов поступал во ВГИК, в мастерскую Григория Козинцева, один экзамен был «письменная работа». Нужно было создать литературные портреты персонажей, оставивших записи в чеховской «Жалобной книге».

Юный Эльдар постарался подстроиться под стиль Чехова и написал три новеллы в разных жанрах. И получил свою единственную пятерку, все остальные были тройки. И был принят. И пришел в кино, чтобы остаться в нем навсегда.

Когда в 1956 году Георгий Данелия, уже год работавший архитектором в Институте проектирования городов, поступал на Высшие режиссерские курсы в мастерскую Михаила Калатозова, тому понравились раскадровки Данелии к рассказу А.П. Чехова «Хамелеон». Во многом благодаря этому Гия был зачислен на Высшие режиссерские курсы… И пришел в кино…

Чехов и потом не оставлял их своим влиянием, думали они об этом или нет.

Ни того, ни другого нельзя, по-моему, назвать «чистыми комедиографами», они отличались и в других жанрах. Например, «Жестокий романс» у Рязанова, «Путь к причалу» у Данелия. Однако две их, как мне кажется, лучшие картины, не только формально подходят под определение «лирическая комедия», но и каждая по-своему определила направление этого вида комедии в нашем кино.

Рязанов: «Берегись автомобиля». Данелия: «Осенний марафон».

«Чеховское» – без сомнения – ощущается в них. И во многом благодаря тем, кто написал эти сценарии.

Два замечательных таланта Эмиль Брагинский и Александр Володин.

Брагинский был постоянным автором Рязанова, вместе они сделали несколько картин. Володин и Данелия встретились только на одной. Но и в том, и в другом содружестве режиссеры и сценаристы были совершенными единомышленниками.

Разные истории, разные художники, разное кино, разная стилистика. Но есть нечто общее, как общим было то Время, которое вынуждало личность к двойственности существования. Когда разговоры на кухнях принципиально отличались от выступлений на собраниях.

Их герои проявляют эту двойственность тоже по-разному и, так сказать, в разных сферах. Растерянный и запутавшийся Бузыкин – Басилашвили – в личной, в отношениях с близкими женщинами. Деточкин – Смоктуновский – со своим благородным и романтическим стремлением противостоять духу стяжательства и обмана, в сфере, так сказать, социальной.

Не сговариваясь, художники уловили то, что было знаком времени. И не могли не сказать об этом каждый своим языком. И как сказать!

<p>Глава 10</p><p>Широка страна моя родная…</p>

27 августа 1919 года был подписан декрет Совета народных комиссаров РСФСР «О переходе фотографической и кинематографической торговли и промышленности в ведение Народного комиссариата по просвещению».

В 1923 году было принято решение о создании киностудий в национальных республиках СССР. Искусство кино, кроме общегосударственных целей, должно было выражать национальный характер. Во всяком случае, в пределах дозволенного.

Пределы эти, в зависимости от общей национальной политики, утвержденной в очередной Программе, были более или менее постоянны, но иногда могли незначительно смещаться в ту или иную сторону. И тогда какое-то «республиканское» кино, которое легко проходило инстанции вчера, встречало определенные препятствия сегодня.

Статистика доступна. В продукции каждой республиканской студии за «отчетный период» – возьмем всю ту же эпоху застоя – наверняка, есть две-три заметные на всесоюзном экране картины. Есть известные мастера и восходящие молодые «звезды», возможно, и всесоюзного масштаба. Есть показатели зрительского успеха или равнодушия.

Перейти на страницу:

Все книги серии Страницы советской и российской истории

Екатерина Фурцева. Женщина во власти
Екатерина Фурцева. Женщина во власти

Екатерина Фурцева осталась в отечественной истории как «Екатерина III». Таким образом ее ассоциировали с Екатериной II и с Екатериной Дашковой, возглавлявшей Петербургскую академию наук. Начав свой путь «от станка», на вершине партийной иерархии она оказалась в переломные годы хрущевского правления.Низвержение с политического Олимпа стало для нее личной трагедией, однако путь женщины-легенды только начинался. Роль, которую ей предстояло сыграть на посту министра культуры, затмила карьерные достижения многих ее удачливых современников. Ибо ее устами власть заговорила с интеллигенцией языком не угроз и директив, а диалога и убеждения. Екатерина Фурцева по-настоящему любила свое дело и оказалась достаточно умна, чтобы отделять зерна от плевел. Некогда замечательными всходами культурная нива Страны Советов во многом обязана ей.

Сергей Сергеевич Войтиков

Биографии и Мемуары
Жуков. Танец победителя
Жуков. Танец победителя

Акт о безоговорочной капитуляции Германии был подписан в Карлсхорсте в ночь с 8 на 9 мая. По окончании официальной церемонии присутствующих поразил советский представитель маршал Жуков. Он… пустился в пляс. Танец победителя, триумф русского характера и русской воли.Не вступая в публицистические дискуссии вокруг фигуры Георгия Жукова, автор прежде всего исследует черты, которые закрепили за ним в истории высший титул – Маршала Победы. Внимательно прослежен его боевой путь до Рейхстага через самые ответственные участки фронта: те, что требовали незаурядного полководческого таланта или же несгибаемой воли.Вольно или невольно сделавшись на пике славы политической фигурой, маршал немедленно вызвал на себя подозрения в «бонапартизме» и сфабрикованные обвинения. Масштаб личности Жукова оказался слишком велик, чтобы он мог удержаться наверху государственной пирамиды. Высокие посты при Сталине и при Хрущеве чередовались опалами и закончились отставкой, которую трудно назвать почетной. К счастью, народная память более благодарна. Автор надеется, что предлагаемый роман-биография послужит ее обогащению прежде всего.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Сергей Егорович Михеенков

Андрей Громыко. Дипломат номер один
Андрей Громыко. Дипломат номер один

Андрей Андреевич входил в узкий круг тех, чьи действия влияли как на жизнь нашей страны, так и на развитие мировых событий. На протяжении четырех с лишним десятилетий от его позиции зависело очень многое, для Громыко же главное состояло в том, чтобы на всем земном шаре ни один вопрос не решался без участия Советского Союза. Однако по-настоящему его вклад до сих пор не осмыслен и не оценен.Энергия, редкая работоспособность, блестящая память, настойчивость -все это помогло Громыко стать министром. Наученный жизнью, он умело скрывал свои намерения и настроения и всегда помнил: слово – серебро, молчание – золото. Если можно ничего не говорить, то лучше и не говорить.Андрей Андреевич пробыл на посту министра иностранных дел двадцать восемь лет, поставив абсолютный рекорд для советского времени. После занял пост председателя Президиума Верховного Совета СССР, формально став президентом страны. Эта должность увенчала его блистательную карьеру.Но сегодня, благодаря рассекреченным документам и свидетельствам участников событий того времени, стало известно, что на сломе эпох Андрей Андреевич намеревался занять пост генерального секретаря ЦК КПСС.Настоящая книга представляет подробный анализ государственной деятельности Громыко и его роли в истории нашего государства.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Леонид Михайлович Млечин

Николай Байбаков. Последний сталинский нарком
Николай Байбаков. Последний сталинский нарком

В истории страны Николай Байбаков остался не как многолетний председатель Госплана СССР и даже не как политический долгожитель. Настоящее имя ему — отец нефтегазового комплекса. Именно Байбакову сегодняшняя Россия обязана своим сырьевым могуществом.Байбаков работал с И. В. Сталиным, К. Е. Ворошиловым, С. М. Буденным, Л. П. Берией, Л. М. Кагановичем, В. М. Молотовым, А. И. Микояном, Н. С. Хрущевым, Г. М. Маленковым, Л. И. Брежневым, М. С. Горбачевым… Проводил знаменитую косыгинскую реформу рука об руку с ее зачинателем. Он — последний сталинский нарком. Единственный из тех наркомов, кому судьба дала в награду или в наказание увидеть Россию XXI века.Байбаков пережил крушение сталинской системы власти, крушение плановой экономики, крушение СССР. Но его вера в правильность советского устройства жизни осталась несломленной.В книге Валерия Выжутовича предпринята попытка, обратившись к архивным источникам, партийным и правительственным документам, воспоминаниям современников, показать Николая Байбакова таким, каким он был на самом деле, без «советской» или «антисоветской» ретуши.

Валерий Викторович Выжутович

Биографии и Мемуары
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже