Подобно небу, весь храм был украшен золотыми звездами, и если парящий свод только местами покрыт золотистыми крапинками, то здесь хлынувший из центра обильный золотой поток сплошь затопил собой все видимое пространство. А вокруг – здания с галереями, с двух или со всех сторон опоясывающими, все широкие, как ристалища, для взора неохватные и вдали едва различимые, одни других больше. А рядом луга, цветами покрытые, одни по кругу, а другие посредине разбитые. И струи вод, и бассейны, ими наполняемые, рощи дерев, высоких и к долу клонящихся, и купания прелесть невыразимая. Всякий, кто бранит храм за размеры, замолкает, ослепленный его красотой, а ее-то уж хватает на все части этой громады, так что хочется соорудить его еще обширнее, чтобы придать очарование и остальному. А луга в ограде не объять ни взором, ни мыслью.
Глаз нельзя оторвать не только от несказанной красоты целого, из прекрасных частей сплетенного, но и от каждой части в отдельности, и хотя прелестями храма можно наслаждаться сколько угодно, ни одной из них не удается налюбоваться вдоволь, ибо взоры к себе приковывает каждая, и что замечательно: если даже любуешься ты в храме самым красивым, то взор твой начинают манить своей новизной другие вещи, пусть и не столь прекрасные, и тут уже нельзя разобрать, что по красоте первое, что второе, что третье. Раз все части храма столь прекрасны, то даже наименее красивая способна доставить высшее наслаждение. Все в храме вызывало восторг и восхищение: величина, красота пропорций, соответствие частей, сочетание и смешение прелестей, струящиеся воды, ограда, цветущие луга, влажные, постоянно орошаемые травы, тени дерев, прелесть купания – и каждому казалось, что движение остановилось и в мире нет ничего, кроме представшего перед его глазами зрелища[365].
Более того, манганский храм и монастырь Св. Георгия были связаны с Ярославом напрямую: на их строительстве работали мастера той же артели, что до этого, в 1030-х годах, на возведении Св. Софии Киевской и достройке Спасского собора в Чернигове (см. раздел I, гл. 2). К сожалению, киевский храм Св. Георгия, расположенный также рядом со Св. Софией, известен нам только на уровне фундамента, однако мы знаем, что он был богато украшен: при раскопках были найдены куски колонн, фрагменты фресок и смальты, шиферные плиты[366]. Поразительным образом совпадают даже размеры зданий: ширина обоих (без пристроек) – 24 метра (константинопольский храм чуть длиннее за счет наличия вимы). Таким образом, Ярослав старался не уступить своему константинопольскому конкуренту. Показательно также, что после этого он строит в Киеве церковь Св. Ирины, носящую имя как покровительницы жены Ярослава Ингигерды, умершей как раз в феврале 1051 года, так и знаменитого царьградского храма.