Князь и митрополит. Первый кризис Русской церкви (1049-1058)

Одним из них был и тот Игнатий, ученик святого, который, подобно тому древнему Димасу, возлюбив нынешний век, прибегает к Фотию и поставляется им пока в начальники монастырей на Пропонтиде, а затем – и в митрополиты Иераполя. Получая такую честь, он сказал ему: «О владыко, я удивляюсь, как от тебя скрылось столь великое беззаконие Игнатия и осталось неисправленным. Ведь посреди острова Платия воздвигнут храм Сорока мученикам, а при нем есть церковь Богородицы. Ее престол прежде росы, разорявшие остров, опрокинули на землю, а Игнатий его снова освятил (ἀνεθρόνισε)». Что же тот? Сочтя это чем-то неважным или нисколько не беззаконным, промолчал или выказал малое беспокойство об этом? Отнюдь нет, но даже донес об этом властям, как о чем-то важном и ужасном. Сообщив об этом также своей Церкви, послал он на этот остров не только митрополитов Амфилохия Кизичского и Феодора Патрского, но и синклитика Панталеонта по прозвищу Вофр, и руками нечестивцев разобрал этот священный престол. Приказал он снести его к берегу моря, омыть сорок раз и так отнести его наверх и водрузить (καθιδρῦσαι)[459].

Хотя освящение престола бывшим патриархом Игнатием после разорения храма росами в 860 году патриарх Фотий счел незаконным из-за его совершения низложенным, то есть неканоничным, архиереем[460], однако приказал лишь очистить престол путем омовения, а не освящать заново (иначе оппоненты обязательно бы обвинили Фотия и в этом).

В отличие от освящения новых церквей[461], повторные освящения храмов в Древней Руси привлекали намного меньше внимания ученых. Не считая исследования отдельных казусов (см. ниже), обобщение данного феномена можно найти только в статье А. А. Гиппиуса[462]. Не входя в детали отдельных переосвящений, он связал их с пятидесятилетием от момента закладки для трех памятников: Успенского собора в Смоленске (1101–1150/51), собора в Суздале (1096–1101 – 1148) и Десятинной церкви в Киеве (989–1039). Рассмотрим сперва все известные нам случаи переосвящения церквей в домонгольской Руси.

Десятинная церковь в Киеве. Под 6547 (1039/40) годом в ПВЛ сообщается об освящении церкви Богородицы: «Священа бысть церкви святыя Богородица, юже созда Володимеръ, отець Ярославль, митрополитомъ Феопеньтомь»[463]; то же известие, в сокращенном и искаженном виде, есть и в НIЛст[464] (подр. см. раздел I, гл. 2). Прояснить причины переосвящения позволили недавние раскопки и исследования фресок Десятинной церкви. Блоки ремонтной кладки содержат ту же плинфу, что и в Св. Софии Киевской и Золотых воротах[465], построенных в 1030-х годах (см. раздел I, гл. 2). Анализы же штукатурки[466] и стиля[467] полной фигуративной росписи храма показали, что она современна фрескам Св. Софии Киевской, законченным к 1037 году, – первоначально Десятинная церковь имела внутри лишь ограниченную, нефигуративную декорацию. Точные причины ремонта 1030-х годов неясны (кроме желания полностью украсить собор), однако последующий капитальный ремонт храма в XII веке[468] указывает на какие-то проблемы в конструкции или фундаменте здания. Таким образом, новое освящение Десятинной церкви в Киеве в 1039/40 году последовало за его капитальным ремонтом, а пятидесятилетие закладки храма в этом году можно вывести только из чтения семьи РА, явно вторичного[469].