«Князья, бояре и дети боярские». Система служебных отношений в Московском государстве в XV–XVI вв.

За пределами опричных переселений новыми лицами в составе коломенской корпорации стали Н.Д. Фомин (Руза)[561], З.А. Житов (Тверь), Шараповы Любучениновы и Отрепьевы (Боровск), Ф.А. Исаков (Торжок), К.И. Жеребятичев (Юрьев). По Коломне начали служить местные вотчинники Шерефединовы, Дубенские, Меншик Марков, старшие родственники которых ранее были отмечены по Москве. До опричнины обосновались в Коломенском уезде Зачесломские. Так же о переселении до опричнины писали в своей родословной Огалины[562]. Вероятно пришлое происхождение еще ряда лиц.

Часть новых переселенцев влилась в состав коломенских выборных дворян и дворовых детей боярских, частично возместив потери предшествующих десятилетий. Некоторые из них не смогли сохранить свое привилегированное положение. Среди дворовых находился Р.В. Яцкий, а его племянник Бажен Васильев был отмечен уже среди городовых.

Личный состав коломенской корпорации на протяжении XV–XVI вв. не отличался стабильностью. Более или менее сложившийся вид он приобрел по окончании опричных и послеопричных переселений. Определяющим фактором его развития за рамками поместной колонизации более южных уездов, как и в случае с Можайским уездом, являлось подмосковное расположение Коломенского уезда, приводившее к притоку сюда новых лиц и фамилий.

Каширский уезд

Более демократичным был состав каширских детей боярских, формирование которых происходило в более позднее время.

Земли за Окой, на «рязанской стороне», из которых впоследствии был сформирован Каширский уезд, начали попадать под власть московских князей в первой трети XIV в. По соглашению 1381 г. все они были переданы Олегу Рязанскому. Докончание Ивана III с Иваном Рязанским 1483 г. зафиксировало, однако приобретения Василия Темного в Рязанской земле: «А что купля отца нашего, великого князя Василья Васильевича, за рекою за Окою, Тешилов, и Венев, и Растовец, и иная места». Завещание Ивана III позволяет установить, что в составе этих «иных мест» были также Безпутский стан и Мстиславль[563].

Сложно сказать, когда был создан собственно Каширский уезд. Поуездное разграничение территорий «за Окою» отсутствовало как в завещании Ивана III, так и в договоре с Великим княжеством Литовским 1494 г. Вероятно, связь между каширскими станами и волостями была непрочной, а сами они долгое время сохраняли обособленность. Некоторые из них долгое время могли рассматриваться как самостоятельные административные единицы. Еще в 1539 г. в летописном тексте Ростовская волость (Ростовецкий стан?) упоминалась отдельно от «Коширских мест»[564]. Подобная дробность была характерна и для других приокских городков, где поздно сформировалась уездная организация.

В 1497 г. Кашира была пожалована казанскому царю Магмет-Амину. Это пожалование стало первым, но не последним в общем ряду. Кроме него Каширой владели в разные годы также Абдул-Летиф и Шигалей (Шах-Али). Трудно определить реальный объем их прав в Каширском уезде. Скорее всего, речь шла о праве распоряжения определенными станами и волостями. При этом сохранялись поместья, данные служилым людям Иваном III и Василием III[565].

Какими-то суверенными правами могли обладать и служилые князья, получавшие в кормление Каширу. Выехавший в 1526 г. князь Ф.М. Мстиславский кроме «отчин» получил в кормление Каширу. Разрядные записи подтверждают службу князя Ф.М. Мстиславского здесь на протяжении 1527–1529 гг. А.А. Зимин считал, что пожалование кормлений вместо «отчин» является показательным на пути превращения князей-суверенов в обычных наместников[566]. Вполне вероятно, речь в данном случае шла о самом городе Кашире. Отдельные каширские волости могли быть переданы князю Ф.М. Мстиславскому на более привычных основаниях. Впоследствии, в 1560-х гг., его сын Иван был пожалован крупными вотчинами в Веневском уезде.

Определяющими для становления каширской корпорации стали поместные раздачи. За исключением нескольких монастырских вотчин здесь было распространено только поместное землевладение. Вотчины рязанских бояр, очевидно, перешли в собственность московских князей[567]. Первые поместные раздачи начались, скорее всего, в самом конце XV в. Этот процесс шел синхронно с новгородским «испомещениями» и затронул примерно тот же круг лиц и фамилий.

Анализ имен князей Мещерских из каширской десятни 1556 г. и каширской рубрики Дворовой тетради показывает, что все они принадлежали к одной ветви. Их общим предком был князь К.Б. Мещерский. Эта ветвь князей Мещерских была неизвестна за пределами Каширского уезда. Очевидно, переселение затронуло всех трех сыновей князя К.Б. Мещерского. Их двоюродные братья получили поместья в Новгородской земле. Князья Мещерские в конце XV в. потеряли остатки владений в Мещере, что давало возможность московскому правительству свободно перемещать их на службу в новоосваиваемые территории[568].