Книга о русском еврействе. 1917-1967

Тут имеются вое элементы хорошо известного сценария и более всего прискорбно то, что в центре «шпионского гнез­да» ставится властями синагога. Легко себе представить, с какой горечью читали эти сообщения московские верующие евреи, посещающие синагогу трижды в день...

Экономические преступления

В начале 60-х годов советские власти приняли ряд чрезвычайных мер, чтобы приостановить рост т. н. эконо­мических преступлений. В эту категорию входят самые разнообразные нарушения законов, как спекуляция валютой и золотом, взяточничество, присвоение государственной соб­ственности при исполнении служебных обязанностей и т. д. Согласно советскому законодательству, некоторые из этих преступлений караются смертной казнью. В процессах об­виняемых в преступлениях этой категории, еврейский аспект заслуживает пристального внимания, так как их приходится признать новыми звеньями в цепи гонений против евреев.

Началось с того, что советские газеты стали подчерки­вать еврейское происхождение обвиняемых в разных пре­ступлениях имущественного характера. По-видимому, хотели создать впечатление, что большинство спекулянтов и мошен­ников — евреи. Вскоре стало бросаться в глаза то обстоя­тельство, что евреи составляли исключительно высокий про­цент среди обвиняемых, и особенно среди осужденных по этим процессам. Приведем несколько примеров.

Первым таким процессом было дело Рокотова, Файбишенко и Едлиса, в 1961 г. в Москве, которых обвиняли в незаконной покупке и продаже валюты и золота. Верховный суд приговорил Рокотова и Файбишенко к расстрелу. Боль­шую известность получил процесс в г. Фрунзе, в Киргизии, имевший место в 1962 году. На скамье подсудимых находи­лись служащие разных государственных учреждений, кото­рых обвиняли в незаконном обогащении за счет казны. Сре­ди приблизительно 50-ти привлеченных к суду было 19 евреев. Из 9-ти приговоренных к смертной казни, судя по именам, 3 еврея. 20 октября 1963 г. «Известия» сообщили, что судебные власти готовят процесс шайки преступников, занимавшихся нелегальным трикотажным производством, причем нашли нужным отметить, что все главари этого под­польного предприятия — евреи. (Среди них были Шая Шакерман и Борис Райфман, о которых много писали на За­паде). Из 24-х обвиняемых на процессе в Москве в 1964 г. 10 человек были приговорены к смертной казни, из них было 7 евреев. В августе 1963 г. в Пятигорске трое были при­говорены к смертной казни за спекуляцию золотом и валю­той и среди этих трех был раввин Беньямин Гаврилов. (Смертная казнь была ему впоследствии заменена 15-лет­ним заключением).

Согласно опубликованным на Западе неполным дан­ным, с 1 июля 1961 г. по 1 июля 1963 г. 140 обвиняемых бы­ли приговорены к смертной казни и среди них было 80 ев­реев. Процессы этого рода продолжались и в 1965 году и хорошо осведомленные круги в Америке и в Западной Ев­ропе считают, что в период от 1961 г. до 1965 сотни евреев были приговорены к тяжелым наказаниям в разных горо­дах в Советском Союзе. Даже московский радиокоммен­татор Адамов признал, что среди осужденных за экономи­ческие преступления было много евреев, но при этом прибавил, что это явление не характерно для общего поло­жения евреев в Советском Союзе.

Все же официальные советские круги упорно отрицали, что судебные власти обращаются с евреями иначе, чем с другими обвиняемыми. Геннадий Терехов, ответственный сотрудник центральной советской прокуратуры, заявил на открытом собрании журнала «Советиш Геймланд», что фак­тически число евреев, привлеченных к уголовной ответствен­ности, было пропорционально ниже числа неевреев. Одна­ко, Терехов не привел более подробной информации или точ­ных цифр.

Нужно сказать, что точных данных по этому вопросу никто, конечно, иметь не может. Для того, чтобы составить настоящую статистику евреев, обвиненных и приговоренных по т. н. экономическим преступлениям, нужно было бы изучить громадное количество советских газет и журналов и разные другие советские источники, а также заранее уста­новить что именно попадает под понятие экономических преступлений. Суть дела, однако, не в статистике. Зная со­ветский уклад, очень трудно предположить, чтобы такого рода процессы, повторявшиеся в разных городах Советского Союза, не были результатом заранее продуманного плана. Вернее всего предположить, что власти опять, видимо, ре­шили использовать давно известный метод — выставить ев­реев на показ и на устрашение другим.