Книга о русском еврействе. 1917-1967

Помимо общих причин, вызывавших массовое бегство из большевистской России, эмиграцию сионистов стимули­ровали доходившие до них слухи о положении дел в Пале­стине. Оккупация Палестины англичанами, участие в ней еврейского легиона, толки о предстоящем образовании в Палестине еврейского правительства — вызвали среди ев­реев в разных концах России, и в особенности у сионистов, большую тягу в Палестину. В отдельных городах северной и центральной России эмиграция в Палестину облегчалась благодаря «оптации» евреями польского, латвийского, ли­товского или эстонского гражданства. Во время первой мировой войны многие беженцы из этих стран попали в центральную Россию, а после заключения мира между Со­ветской Россией и образовавшимися на западе новыми госу­дарствами им было предоставлено право оптации граж­данства этих государств. Среди сионистов многие действи­тельно были беженцами и уроженцами новых государств, а иные смогли использовать закон об оптации исключитель­но для того, чтобы покинуть Россию: получив разрешение на выезд на запад, они надеялись в дальнейшем пробраться в Палестину.

На Украине, в Крыму, в Бессарабии и на Кавказе по­ложение было другое. Власть в этих районах часто меня­лась. На территории у Черного и Азовского морей царил хаос. Циркулировали самые фантастические слухи, и ев­реи, особенно молодежь, строили планы эмиграции. Так воз­никла тогда стихийно, безалаберно, но все же возникла «третья алия». (В сионизме алией называется поток эмиг­рации в Палестину. Так первая алия вспыхнула после погро­мов 80-х годов. Вторая алия-эмиграция рабочих и моло­дежи 1903 и последующих годов).

Третья алия охватывает 1919-1923 гг.. Точных дан­ных о ее размерах нет, но по моим подсчетам в 1919 году она достигла примерно 2.000 душ, в 1920 году — 8,000, а а в 1921 — несколько больше. Эта алия еще ожидает сво­его историка, который разберется в том, как организовы­вались и передвигались, например, отдельные группы, вро­де «квуцы 105». Ее члены выехали в ноябре 1918 года без паспортов, без виз. Добрались в три месяца до Триеста, от­туда через Рим и Египет в апреле 1919 года попали в Пале­стину. Или история эмиграции из Крыма, когда по 200 че­ловек ехали на небольших судах в Константинополь; в ян­варе попали на судно «Мексика» и в марте 1919 года очу­тились в Палестине.

Или совсем особый случай — «Руслан». На «Рус­лане» 637 эмигрантов выехали из Одессы 14-го ноября 1919 года. «Руслан» получил разрешение на выезд «с бе­женцами из Палестины». Дело в том, что во время войны группа беженцев из города Сафеди (Цефат) в Палестине какими-то окольными путями попала в Одессу. Этим бе­женцам и разрешили вернуться на родину. Для их отправ­ки образовался «Комитет беженцев из Палестины», кото­рый включил в эту группу еще около 500 «беженцев». По­лучив разрешение русских властей, комитет обратился к англичанам за разрешением на выезд в Палестину. С боль­шим трудом удалось получить это разрешение от англий­ского министра иностранных дел Керзона. В декабре 1919 года «Руслан» прибыл в Палестину. На судне был образован особый Комитет, руководивший поездкой, председателем ко­торого был профессор Иосиф Клаузнер, а секретарем моло­дой адвокат, член союза «Макаби» — Наум Хет.

Кроме таких, самотеком возникавших, групп шло осо­бое организованное движение «Гехолуца». Идея «Гехолуца» связана с именем капитана Иосифа Трумпельдора, своеоб­разного героя того времени. Помню, как в 1917 году он явился ко мне в Петроград в типографию отдела пропа­ганды с двумя рукописями. Одна из них представляла напи­санный им «Устав Гехолуца», а другая — агитационную бро­шюру о задачах и целях «Гехолуца». Трумпельдор с ув­лечением рассказывал мне, как «Гехолуц» превратился в «трудовую армию» для строительства новой Палестины. Брошюру его мы напечатали, и он приступил к созданию «Гехолуца». Трумпельдор нашел много сотрудников для осуществления этой идеи в России, в Польше, в Литве и в Бессарабии. В августе 1919 года он открыл бюро «Гехолуца» в Константинополе, которое было связано с Палести­ной; потом бюро в Варшаве, где «Гехолуц» работал вместе с Ортом; а также бюро на Украине и в Бессарабии. Число отделений «Гехолуц» достигло 130, а в 1921 году в Карлс­баде состоялось их объединение.

2