Книжные контрабандисты. Как поэты-партизаны спасали от нацистов сокровища еврейской культуры

Поскольку ИВО не мог истребовать свои книги, Американский еврейский объединенный распределительный комитет «Джойнт» решил раздать некоторые из них уцелевшим евреям, которым отчаянно не хватало книг. Во временных лагерях в Германии проживали сотни тысяч евреев – «перемещенных лиц», которым очень хотелось вернуться к обычным занятиям: чтению и учебе. «Джойнт» проводил в лагерях масштабные образовательные программы. Чем слать книги из-за океана – это было дорого и долго – «Джойнт» попросил у американских военных разрешение позаимствовать на время 25 тысяч томов из франкфуртского хранилища. Памятуя, что лучшие книги на идише принадлежат ИВО, «Джойнт» обратился к ИВО с просьбой передать ему на время несколько тысяч находившихся во Франкфурте томов для использования в лагерях для перемещенных лиц. В основном речь шла об учебниках, которые предполагалось использовать в школах, открытых «Джойнтом».

Вайнрайха раздирали противоречия. Он, единственный выживший директор института, не имел возможности осмотреть собственную спасенную библиотеку. Военный департамент отклонил его просьбу о поездке во Франкфурт для осмотра коллекции. А теперь другая организация вознамерилась отбирать книги из остатков библиотеки ИВО, не давая никаких гарантий, что вернет их в целости и сохранности.

С другой стороны, ради кого спасали эти книги, как не ради уцелевших евреев? Как ИВО может отказать выжившим читателям на идише и поставить свои интересы выше насущных нужд людей – жертв нацизма?

4 декабря 1945 года Вайнрайх отправил в «Джойнт» ответную телеграмму:

ВВИДУ ВЕЛИЧАЙШЕЙ ВАЖНОСТИ ВАШЕЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЙ ПРОГРАММЫ МЫ РЕШИЛИ ОТКАЗАТЬСЯ ОТ НАУЧНЫХ И ЧИСТО ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ СООБРАЖЕНИЙ КОТОРЫЕ ПОБУЖДАЮТ НАС СОХРАНИТЬ В НЕПРИКОСНОВЕННОСТИ ЧАСТЬ НАШЕЙ БИБЛИОТЕКИ СПАСЕННУЮ ОТ НАЦИСТОВ ТЧК МЫ ДАЕМ ВАМ РАЗРЕШЕНИЕ ОСМОТРЕТЬ НАШУ БИБЛИОТЕКУ НАХОДЯЩУЮСЯ ВО ФРАНКФУРТЕ И ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ УЧЕБНИКАМИ ТЧК

Разумеется, Вайнрайх выдвинул определенные условия: первым делом «Джойнт» должен брать книги, опубликованные в США, Западной и Центральной Европе. «НЕ ТРОГАТЬ КНИГИ ОПУБЛИКОВАННЫЕ В СССР ТЧК». Эти книги являлись библиографической редкостью. «Джойнт» должен вести строгий учет взятых на время книг и отослать экземпляр списка в ИВО. Кроме того, он должен проинструктировать организации и отдельных лиц, которые получат книги, чтобы с ними обращались аккуратно. По большому счету, впрочем, Вайнрайх действовал исходя из доверия к людям и любви к тому, что осталось от восточноевропейского еврейства[400].

В феврале 1946 года американские власти решили перевести хранилище книг из переполненной Библиотеки Ротшильда на склад в городке Оффенбахе, расположенном на противоположном берегу реки Майн от Франкфурта. Речь шла о конфискованном здании и складских помещениях «И. Г. Фарбен», крупного немецкого химического конгломерата. В этом заключалась грустная ирония. «Фарбен» был производителем «Циклона-Б», отравляющего газа, с помощью которого в Освенциме и других лагерях смерти умертвили более миллиона человек. Просторное пятиэтажное здание компании теперь стало Оффенбахским архивным хранилищем – во внутренних документах оно именовалось «крупнейшим собранием еврейских материалов в мире». В хранилище сгрузили полтора миллиона похищенных еврейских книг плюс такое же число других книг, украденных немцами из крупнейших европейских библиотек.

Начальником Оффенбахского хранилища назначили молодого лейтенанта из Чикаго по имени Сеймур Помренц – до призыва в армию он учился на архивариуса. Помренц был низкорослым, смекалистым, обладал сильной волей и острым языком. Он принял под свое начало вялую и неповоротливую структуру со штатом из шести немцев и превратил ее в крупное рационально устроенное учреждение со 176 сотрудниками. Ему, соблюдающему предписания еврею, владеющему ивритом и идишем, была совершенно небезразлична судьба книг – хотя об этом трудно было судить по его жесткому военному стилю руководства. Помренц принял важное решение не каталогизировать книги, а рассортировать по странам, основываясь на экслибрисах и отметках, и тем самым подготовить их к возвращению владельцам и в страны происхождения. В Оффенбахском хранилище книги не вносили в каталожные карточки, а раскладывали отдельными стопками.