Когда женщины правили Пятой авеню. Гламур и власть на заре американской моды

За связи «Бенделя» с модельерами, включая Зандру, отвечала Мэрион Гринберг, молодая закупщица в «Капризе», отделе вечерней одежды. Темноволосая Мэрион родилась в Нью-Йорке и была, как и большинство закупщиц у Джеральдины, красавицей с деликатным чувством стиля. Она прекрасно понимала, что эксклюзивные договоры с модельерами – залог успеха универмага, и поэтому трепетно подходила к отношениям с Зандрой: уезжая в командировку на другой конец страны, она позволяла ей складировать у себя в кабинете свои чемоданы с одеждой, а когда известная светская дива – и одна из Зандриных поклонниц – Бэйб Пейли оказалась в больнице, Мэрион составила Зандре компанию, и они вместе проведали Бэйб в отдельной палате «Мемориал Слоун Кеттеринг»[565]

. «Я притащила две полные сумки нарядов, – вспоминала Мэрион, – и мы устроили перед Бэйб показ специально для нее. Она была растрогана». Но, несмотря на все эти дружеские любезности, на третьем году действия эксклюзивного соглашения между «Бенделем» и Зандрой вдруг открылся ее бутик в «Блумингдейле». «Мне позвонили и сказали, что ее одежда висит в “Блумингдейле”», – рассказывала Мэрион, которая в тот момент была в Лондоне. Джеральдина тоже находилась в Лондоне, жила в своем любимом отеле «Конот», и она пригласила Мэрион вместе погоревать за обедом. «Не волнуйся, – сказала ей Джеральдина. – Таких, как Зандра Роудс, сотни, а Мэрион Гринберг – только одна»[566]

.

Малоизвестные модельеры многое бы отдали, лишь бы их изделия оказались на вешалках «Бенделя», – ведь результатом почти наверняка стали бы публикации в библиях моды вроде «Вог» или «Вименз Уэр Дэйли». Но стоило им завоевать себе имя, они – как это было со Стивеном Берроузом, Соней Рикьел и Зандрой Роудс – уходили от «Бенделя» к его конкурентам покрупнее. «Бендель» предлагал своим клиентам эксклюзивный, тщательно отобранный товар, но именно из-за этого он был ограничен в демонстрационных площадях, в свободных денежных средствах и в возможностях для расширения. Джозеф Чичо, например, который в то время занимался продажами в «Мэйсиз», рассказывал, как однажды за обедом модельер Дэвид Люн воодушевленно хвалился, что «Бендель» закупил у него крепдешиновые шорты. «Отлично, – – и много они купили?» – спрашиваю я, полагая, что речь идет о нескольких сотнях. «Шесть, – отвечает Дэвид. – Двое маленьких, двое средних и двое больших». «Ничего себе! – подумал я про себя. – Такое возможно только в «Бенделе»»[567]

. В любом другом магазине столь мизерная партия затерялась бы на полках, но в «Бенделе» шесть пар шорт – это полноценная коллекция.

Главная угроза для «Бенделя» исходила от «Бергдорф Гудман», конкурирующего универмага, стоявшего прямо за углом, на 58-й улице. Президентом «Бергдорфа» был Айра Наймарк, опытный специалист, который начинал свою карьеру посыльным в «Бонвит Теллер» еще при Гортенс Одлам и которому стипендия Полли Такер[568]

помогла окончить Бизнес-школу Колумбийского университета. Оказавшись в президентском кресле, он первым же делом привлек Дон Мелло, знакомую ему со времен его работы в Коннектикуте на Беатрис Фокс Ауэрбах – в ее универмаге «Джи-Фокс» он дорос до вице-президента, а Дон занимала там пост директора по вопросам моды. На какие только ухищрения Наймарк с Мелло ни шли, лишь бы умыкнуть у «Бенделя» очередного эксклюзивного модельера. Весной 1976 года, например, они решили увести итальянский бренд «Фенди» и тайком, чтобы никто не прознал, договорились с пятью сестрами Фенди о секретной встрече в Риме. Они планировали после завершения парижской недели моды незаметно проскользнуть в самолет до Рима. Но не предусмотрели, что аэропорт Шарля де Голля будет битком набит разными представителями нью-йоркского мира моды, и едва лицом к лицу не столкнулись с Джоном Фэрчайлдом, могущественным издателем и главным редактором «Вименз Уэр Дэйли», сидевшим у выхода на посадку в ожидании своего рейса. «Уж кто-кто, а он, – вспоминал Наймарк, – если бы обнаружил, что мы летим не в Нью-Йорк, а в Рим, – непременно сложил бы в голове два и два»[569]. Наймарк успел шмыгнуть в ближайшую телефонную будку и притворился, будто с кем-то оживленно беседует. Соседнюю будку заняла Мелло, которая – так же как и шеф, – приложив трубку к уху, слушала гудок «Франс Телеком».

Наймарк с Мелло добрались-таки до места встречи – палаццо неподалеку от Колизея. Там, за спагетти с кальмарами, они принялись убеждать сестер, что тем следует расторгнуть эксклюзивный договор с «Бенделем» и открыть бутик Фенди в «Бергдорфе». Женщины некоторое время помялись, но в итоге уступили.