Когда женщины правили Пятой авеню. Гламур и власть на заре американской моды

Джеральдина перестроила не только главный зал. На пятом этаже она создала «Лавку для невест», состоящую из пяти салонов, обставленных в аристократическом стиле прошлых веков, но каждый – с собственным дизайном. Они веером расходились от главного холла с администратором, которая направляла каждую клиентку в свой салон, где ее ожидал индивидуальный «свадебный консультант».

В центре детского отдела красовался воздушный шар, в его корзине стояли манекены, демонстрирующие новейшие фасоны, а сбоку располагалась бело-розовая секция комплектов для новорожденных, там же – прилавок с мороженым, кресла и дерево с леденцами.

Что касается примерочных, основы основ любого универмага, при Джеральдине на смену мелким комнаткам, разбросанным по всему магазину, пришли просторные помещения с диванами, а некоторые – даже с письменными столами, где покупательницы могли расслабиться в ожидании продавщицы с одеждой для примерки. В «Бенделе» все было проникнуто взаимным доверием и дружелюбием, здесь царил дух безмятежности, где клиентам предлагали индивидуальный подход и уникальные товары.

По мере появления свежих идей Джеральдина продолжала дополнять Улицу разными новшествами. Через год после открытия она создала отдел косметики под названием «Золоченая клетка» – ее оформление было навеяно дизайном птичьей клетки XVIII века. Проход в отдел был декорирован изящными медными решетками от антикварных клеток, пол застелен ковриками аметистового цвета, зеркальные стены драпированы собранным в складки розовым шифоном. Прилавки в форме старинных швейных столов освещались свисающими с потолка паникадилами. Все это вместе производило впечатление, «словно ты оказался внутри сказочной розовой жемчужины», – писал «Вименз Уэр Дэйли», отмечая поражающий воображение ассортимент – 160 оттенков губной помады и 90 разновидностей теней для век[385]. Продавщицы в «Золоченой клетке» «необычайно милы в розовых хлопчатобумажных блузах, своими мягкими, любезными голосами они умеют тонко подметить, какой детали не хватает вашему макияжу», – восхищалась «Нью-Йорк Таймс»[386].

«Золоченой клеткой» управляла Хелен Ван Слейк, стройная блондинка, которая до «Бенделя» служила редактором в разделе косметики журнала «Гламур». Она продолжит движение по карьерной лестнице – сначала ее повысят до должности директора по рекламе, потом она перейдет в рекламное агентство, и в итоге Макси Джармен назначит ее главой «Хаус Оф Фрейгранс» – она станет второй, после Джеральдины, женщиной на посту руководителя одного из его предприятий. А сам Макси еще больше укрепит свою репутацию ментора бизнес-леди, когда, через два года после назначения Хелен в «Хаус Оф Фрейгранс», посадит новую протеже по имени Милдред Кастин в кресло президента только что приобретенного им «Бонвит Теллер» – много лет спустя со дня ухода оттуда Гортенс. «Женщины, заинтересованные в карьере и имеющие женский взгляд на вещи, – говорил Макси, – обычно обладают хорошей интуицией и практической сметкой в делах рекламы и продвижения товара»[387].

Многих восхищали отношения Макси с Джеральдиной и другими его дамами-менеджерами. В своей статье «Макси и девушки» журналистка из отдела моды «Нью-Йорк Геральд Трибьюн» Юджиния Шеппард писала: «Макси Джармен известен как активный член Южной баптистской конвенции, закоренелый республиканец и неутомимый путешественник, исколесивший всю страну… Среди его важных качеств есть одно, которому любой средний мужчина позавидует, пожалуй, больше всего остального. Макси Джармен понимает женщин. Он любит их и умеет с ними работать». Автор приводит слова Джеральдины о том, что ее ментор убежден: «если женщина талантлива, то это именно потому, что она женщина, а не вопреки этому факту». Макси, – добавила она, – «один из немногих мужчин, которые понимают: если она записана к парикмахеру, то это – святое»[388].