Коммунизм как Религия

Объявление непримиримой войны духу, сознанию, идеальному нача­лу в человеке способствовало тому, что последователи Ленина легко ста­новились орудиями того, что представлялось их вождям исторической необходимостью. Из страстного стремления улучшить старый мир возник­ла новая вера. Ее носители не обладали моделью общества, которое пред­стояло построить, были увлекаемы потоком импровизаций. Большевики не просто утаивали истину от враждебного внешнего мира — она была непрозрачна для них самих. Партия говорила с собой на крайне непроз­рачном, архаичном, религиозном языке. Вместо того чтобы, следуя Мар­ксу, расколдовать мир, сделав ненужным религиозное отношение к нему, большевики его еще больше заколдовывают, опутывают многослойной тайной, делают максимально непрозрачным для самих обитателей.

Символами непрозрачности установившихся социальных отношений становятся новые культовые сооружения и обряды.

Вечно живой

О желании Ленина быть похороненным рядом с могилой матери знали не только Крупская и Троцкий, но все члены ближнего круга, в том числе, ко­нечно, и Сталин. Сбыться этому желанию было, однако, не суждено. Тело вождя-атеиста партия решила сохранять в том виде, в каком его застала смерть, вечно живым. Была создана комиссия по увековечению трупа Ле­нина под руководством Сталина, Молотова и Дзержинского. Ученым пред­стояло разрешить сложную задачу: как сохранить мертвое тело как живое, как не допустить посмертной деградации подобно мумиям фараонов, кото­рые, как известно, темно-коричневого цвета и совсем не похожи на челове­ческие тела, как долгое, желательно неопределенно долгое время создавать у многочисленных паломников иллюзию общения с живым вождем?[2]

Тело вождя сохранялось усилиями партии и политической полиции, ЧК-ГПУ-НКВД Сталина и Дзержинского. «Нет никакого сомнения, что толь­ко благодаря исключительному вниманию партии и правительства и лич­но товарища Сталина, — писал отвечавший за сохранение тела Ленина профессор Збарский, — наша работа закончилась успешно.

Ф.Э. Дзержинскому как председателю комиссии по увековечению па­мяти Ленина поручено было оказывать нам содействие в работе... удач­ными результатами нашей работы мы во многом обязаны ему» [10, 39— 40]. Идейные большевики во главе с Троцким и Крупской не осмелились (вспомним резолюцию «О единстве партии», принятую X съездом) не толь­ко протестовать, но и публично высказать свое мнение. Перед лицом пре­красно отрежиссированного спектакля они были бессильны: воля Ста­лина к тому же совпала с волей жаждущих объёкта поклонения масс. Партийная дисциплина плотно сомкнула им уста; только в кругу «своих» они еще иногда сетовали на утрату ленинских идеалов.

Ученые выполнили задание партии — тело вождя было сохранено сна­чала на пять лет, а после этого на неопределенно долгое время [10, 42]. Методика бальзамирования до сих пор держится в тайне. Мавзолей Ленина на Красной площади стал центром нового культа. Своим существованием он доказал, что отрицание теизма не равносиль­но отмене религии, что нетеистическая религия возможна. В регионе распространения буддизма это, скорее всего, никого бы не удивило, но религии Книги упорно отрицали возможность подобной метаморфозы. Ироничный и проницательный наблюдатель, владеющий марксистским языком, не преминул бы заметить, что ленинский культ, одним из (цент­ральным, но далеко не единственным) аспектов которого стал Мавзолей, возник из-за чрезвычайной непрозрачности общественных отношений, вызванных к жизни революцией. Вместо того чтобы отмереть, религия изменила форму, трансцендентное, утратив потусторонность, стало им­манентным. Мир как бы сплющился; его измерение, доселе считавшееся производным и тварным, эмансипировавшись от Творца, было наделено невиданной потенцией искупления.

Поражает скорость возникновения нового культа. Меньше чем через неделю после смерти ленинское тело уже покоилось в деревянном Мав­золее, созданном архитектором Щусевым. В тот же день у гробницы нес вахту почетный караул. Свою окончательную форму памятник-усыпальни­ца обрел в 1930 году — на этот раз на изготовление Мавзолея пошли мрамор, гранит, порфир и лабрадор. Во время праздников на Мавзолее стояли живые вожди во главе со Сталиным, к тому времени окончательно закрепившим за собой статус верховного жреца.