Королев. Главный конструктор

В РНИИ-НИИ-3 шла борьба не за место или имущество, а за принципы работы. Социальный фон – массовое зомбирование населения на поиск «врагов» и «вредителей» – придавал этой борьбе витально опасный политический оттенок. Это, конечно, поняли с годами и многие бывшие гирдовцы.

Андрей Григорьевич Костиков. 1943 год

Указ Президиума Верховного Совета СССР «О присвоении звания Героя Социалистического труда Костикову А.Г.» 28 июня 1941 года

[ГАРФ. Ф Р-7523. Оп. 4. Д. 53. Л. 198]

В начале декабря 1950 года Душкин позвонил Костикову и сказал:

– Королев руководит пуском баллистических ракет на полигоне Капустин Яр. Двигатели делает Глушко. Окислитель – кислород!

Прошлое, казавшееся давно затонувшим, внезапно было выброшено на берег огромной горбатой волной нахлынувших чувств. А за волной из темной воды забвения поднялся кумир поверженный и, ослепляя глаза и сердце, засиял вновь.

12 декабря 1950 года Королев написал жене:

«…Вот они эти взлеты и падения в жизни! Воистину жизнь, как море – то на гребне на короткий миг, то снова где-то далеко внизу.

Мне позвонили о смерти А. Г. К. (а вчера в газете прочел). Так судьба развела нас навек и эта черная строчка навек зачеркнута. Ну, пусть спит с миром – старое надо забыть и простить…»

А. Г. К. – это Андрей Григорьевич Костиков. Он умер пятидесяти лет от инфаркта.

* * *

Михаил Кузьмич Янгель был назначен начальником отдела управления ОКБ Королева. На тот момент его заместителем оказался Черток. Борис Евсеевич писал в своих знаменитых мемуарах «Ракеты и люди»: «Меня Королев предупредил, что у Янгеля как начальника отдела управления я буду заместителем временно. Янгель не специалист в вопросах управления и автоматики, потому Королев будет возлагать ответственность на меня и спрашивать тоже с меня».

Понимая, что автор (в отличие, к примеру, от скромнейшего мемуариста О.Г. Ивановского) совершенно невольно подчеркивает свою значительную роль в работе ОКБ Королева (что, разумеется, никто не оспаривает!), видишь и другое: в отношении Янгеля он пытается делать как раз обратное – снизить его вес как специалиста. Думаю, всем, кто интересуется ракетным вооружением СССР, понятно, что Янгель с его выдающимся техническим умом смог бы очень быстро разобраться в вопросах управления и автоматики и в силу своего характера не переложил бы личной ответственности на заместителя. Конечно, блестящие способности Чертока Королев очень ценил, буквально спас его от увольнения, сделав заместителем отдела ОКБ-1, а позже и своим замом, в шутку звал его «неисправимым заржавленным электриком»: Борис Евсеевич тогда занимался электрическими схемами, был узким специалистом и в разработках уходил в «глубину скважины».

Записка Сергея Павловича Королева Нине Ивановне. 5 января 1952 года

[Музей космонавтики]

Записка Сергея Павловича Королева Нине Ивановне. 29 марта 1952 года

[Музей космонавтики]

Вскоре Королев отсылает Янгеля в командировку: поручив ему контроль за процессом изготовления ракет Р-1 и Р-2 на Днепропетровском заводе. Как шутили острословы ОКБ, двум гениям в одной берлоге стало тесно.

Мощностей завода в Подлипках уже не хватало для производства ракетного вооружения, и по приказу Сталина Устинов присмотрел днепропетровский автомобильный завод, только начавший выпускать продукцию: завод быстро переоборудовали под серийное производство БРДД – боевых ракет дальнего действия Р-1 и Р-2.

Записка Сергея Павловича Королева Нине Ивановне. 30 мая 1952 года

[Музей космонавтики]

Записка Сергея Павловича Королева Нине Ивановне. 25 июля 1952 года

[Музей космонавтики]

Еще до сдачи в серию Р-2 началась разработка ракет Р-5 и Р-11, а также морского варианта Р-11 – Р-11ФМ, тогда же были сделаны первые прикидки межконтинентальной ракеты Р-7.

Однако Королеву не так-то легко удалось с Янгелем расстаться: Устинов, разглядевший в Рудневе большой управленческий потенциал, поспособствовал его переводу в аппарат своего министерства на должность заместителя – с его легкой руки в 1957 году Руднев вырастет до председателя Госкомитета оборонной техники, – место директора НИИ-88 освободилось.