Космос. Иллюстрированная история астрономии и космологии

В 1961 г. и в последующие годы Дикке презентовал свои идеи, сопровождая их более подробными расчетами и выдвигая принцип, согласно которому условия, необходимые для возникновения жизни, включают в себя определенные соотношения между фундаментальными физическими константами. (Вопрос о том, подпадает ли это под категорию «слабого антропного принципа», является спорным. Как мы увидим далее, это словосочетание возникло позже.) Например, малейшее изменение заряда электрона при сохранении всех остальных физических констант сделало бы неосуществимым механизм ядерного синтеза внутри звезд, а значит сделало бы невозможным существование нашей формы жизни. Мартин Рис – кембриджский астроном с богатым опытом, что позволило ему в итоге получить должность Королевского астронома, потратил начиная с 1970‐х гг. много времени на исследование детальных и весьма драматичных последствий эволюции Вселенной в случае, если бы изменению подверглась одна только гравитационная постоянная. Жизнь смогла бы появиться, но совсем не в том виде, какой мы ее знаем. Можно провести параллели с эволюцией Вселенной, как она описана в поздних теориях Большого взрыва: они требуют тщательно подобранного состава исходных условий, чтобы сделать возможным продолжение расширения, возникновение звезд, галактик и пр. То или иное изменение исходных состояний и законов может помешать состояться нашей современной ситуации тем способом, каким, как мы полагаем, она состоялась; но не могло ли современное положение вещей возникнуть каким-нибудь другим способом? Игра заключается в том, чтобы отбросить все возможности, кроме единственной. Мы почти вернулись в дебаты XIX в., ведущиеся по поводу объяснения движения планет.

В 1974 г. Брэндон Картер предложил формулировку «антропный принцип» для описания того, что равнозначно простому логическому критерию: разумные существа не могут оказаться в областях, непригодных для жизни разумных существ. Никто не будет оспаривать эту логику. За этим принципом, как можно предположить, скрывается рекомендация астрофизикам и другим специалистам остерегаться игнорировать его, когда речь заходит о безупречной пригодности нашего мира для появления в нем жизни. Но так ли это на самом деле? Картер, можно сказать, устранил причины нашего изумления посредством нашей же везучести. Его принцип был таковым, что при желании его можно распространить на любое другое обстоятельство, требующее принимать во внимание физические условия жизни или разумной жизни, и если он и вызвал небольшие прения, то только по причине явной самоочевидности.

Существует аргумент с иной отправной точкой: физическая природа Вселенной такова, что в ней на каком-то этапе обязательно возникают живые существа и человечество в частности. Картер присвоил ему название «сильный антропный принцип», согласно которому Вселенная должна быть познаваема и на каком-то этапе должна «позволить появиться внутри себя наблюдателю». Название выбрано неудачно, поскольку это вовсе не более строгая форма какого-либо простого принципа. Его можно формулировать различными способами. В 1986 г. Джон Барроу и Франк Типлер решительным образом выступили в защиту строгого телеологического принципа, утверждая, что Вселенная обитаема просто в силу возможности развития в ней разумной жизни. Обитаемость является конечной целью Вселенной, поэтому она должна быть обитаемой, и в данном случае слово «должна» нагружено смыслом, внесенным в него Аристотелем, а не тем, что предполагает обычная логика. Нужно много книг, а не пара строк для всестороннего обсуждения допустимости телеологического обоснования, которое легче поддается пониманию, если развитием событий движет божественная десница. Посюсторонние предпочтения уже не в моде. Барроу и Типлер пошли еще дальше в своих намеках на «окончательный антропный принцип», согласно которому жизнь никогда не исчезнет. (Во всех этих дебатах слово «антропный» использовалось очень вольно. Оно должно применяться для обозначения только человеческой жизни, но нет никаких оснований полагать, что человеческая жизнь сохранится до конца времен.)