Край Света. Невероятное путешествие к Курильским островам через всю Россию и Азию

Так как недостатка в туристах нет, то, само собой, в лавках представлена в больших количествах всяческая сувенирная ерунда. Надер завел нас в один магазинчик, обосновавшийся в пещерном доме. Внутри оказалось довольно прохладно и пахло сыростью, но в целом весьма уютно. Этакая пещера-студия. Из маленьких окошек лилось удивительно много света, делавшего еще более яркими красочные ковры на полу. До гладкого потолка без труда можно дотянуться рукой, но комната казалась просторной, возможно, из-за малого количества мебели. Это хозяйственная пещера. Такие используют под магазины, мастерские или, например, загоны для коз, время от времени мекающей толпой проходящих по улицам туда-сюда. Жилые же пещеры за столетия разрослись внутри скал на несколько этажей, чтобы уж точно уместить все семейство.

Вова проворчал, что это все ерунда и слишком туристически. Вот видели бы мы Каппадокию! Хотя ворчал он так, беззлобно и скорее для галочки.

Снаружи деревня совсем небольшая. За пару часов можно исходить ее вдоль и поперек и еще минеральной воды из местных источников попить успеть. Что только в плюс для нас – пора было возвращаться в Тебриз, скоро поезд.

20 апреля Поезд Тебриз – Тегеран

Когда просыпаешься в поезде и сразу видишь проходящую мимо купе фигуру, завернутую в черное, первое, что нужно сделать, – напомнить себе, что это не дементор, а ты не Гарри Поттер. Второе – доесть полученные от проводника вкусняшки. Билет в купе Тебриз – Тегеран стоит вдвое дешевле верхней боковой из Москвы в Питер, а еще кексы с соком дают и ночной Иран за окном показывают. Соседка напротив залипала в телефон. Вчера при нашем появлении в купе она начала громко о чем-то спорить с проводником. Единственное слово, которое я разобрал, это «харам», и, подозреваю, как-то связано с перспективой ехать в купе с левыми мужиками. Но с билетами особо не поспоришь. Проиграв эту битву, она никак не выказывала своего неудовольствия от нашей компании, правда, и общаться тоже не стремилась.

По пути в уборную встретил в коридоре Настю, болтающую с молодым коренастым иранцем. На обратном получил от нее вводную – сегодня я ее муж.

Вообще, выдать Настю в Иране за кого-нибудь из нас замуж мы решили еще в Москве по нескольким причинам – во‐первых, уменьшить количество приставаний к ней оголодавших в своем пуританском шариате иранцев. Во-вторых, чтобы никакая иностранная мораль не мешала нам всем вместе заселяться ночевать в одно помещение. Дабы никто не ушел обиженным, святую супружескую повинность мы с Вовой договорились нести в графике два через два, и сегодня еще продолжалась его смена. Но так как привыкнуть к своему новому семейному статусу Настя еще не успела, то в растерянности ткнула пальцем в первого попавшегося спутника – вот, мол, муженек. Ох уж эти сверхурочные.

* * *

– Да блин, какого хрена?! – Вова был очень недоволен своим внезапно обнулившимся семейным положением. Вчера он замечательно вошел в роль и прямо излучал гордость и степенность главы семейства, время от времени окликая Настю: «Эй, дорогая мусульманская жена! Не отходи от меня далеко!»

– Ну мы уже никак переиграть это не сможем, – отвечала ему Настя. – У меня и одного-то мужа никогда не было, а тут целых два. Поди вас запомни.

* * *

Новый знакомый представился Алексом и позвал пить чай в вагон-ресторан. Общение шло на смеси английского с пантомимой. Алекс знал фарси, турецкий и таджикский, потому что это нужно для работы, а вот английский практически нет, но в любом случае куда лучше, чем мы знаем фарси, турецкий или таджикский (превзойти нас в этом совсем нетрудно). Несмотря на это, контакт вполне себе наладился, и вот мы уже приглашены в гости. Приглашение весьма кстати – каучсёрфер, который собирался принять нас в Тегеране, перестал выходить на связь. Возможно, мы уже бездомные.

Из глубины вагона-ресторана какой-то парень что-то громко сказал с улыбкой. Алекс, не оборачиваясь, ответил. Новая реплика, новый ответ, но на этот раз Алекс посмотрел на говорившего. Улыбка на лице того стала злой, а потом ушла вовсе. Обмен словами перешел на повышенные тона, Алекс поднялся из-за стола. Время остановилось. Тут бы писать картину – такие эмоции. Мы – в полном недоумении. Алекс, смотрящий исподлобья. Его оппонент со злым и хищным лицом. Напряженные посетители вагона-ресторана. Улыбающийся официант, прислонившийся плечом к стене и наслаждающийся шоу. Время запустилось вновь. И началась драка. Алекс бросился на противника, через секунду к ним присоединились почти все, находящиеся в вагоне. Мимо нас к двери пробежал не прекращающий улыбаться официант. Мы последовали его примеру. «Так, уходим, живо».