Край Света. Невероятное путешествие к Курильским островам через всю Россию и Азию

Две-три сотни лет назад Китай был чрезвычайно закрытым государством. Иностранных купцов принимал только один порт на всю Поднебесную – Гуанчжоу. Покидать пределы этого порта купцы не могли. Вести дела разрешалось только с представителями одной китайской гильдии. Чтобы купцы не искали себе клиентов на стороне, им также запрещалось изучать китайский язык. Больше всего от этого грустила Великобритания. Китайские товары считались в Европе девятнадцатого века признаком шика и пользовались большой популярностью. Сам же Китай не покупал ничего, за исключением разве что итальянского стекла и русских мехов.

Император Цяньлун писал английскому королю Георгу III: «У нас есть всё, что можно пожелать, и нам не нужны товары варваров». А заканчивалось письмо так: «Трепеща, повинуйтесь и не выказывайте небрежения».

Изолировавшийся от всех Китай считал себя центром мира и его повелителем, а всех прочих – отсталыми варварами. Так как к налаживанию международных отношений он не стремился, то и увидеть реальное положение вещей не получалось.

Со временем Британия все же смогла найти товар, способный изменить торговый баланс в ее пользу. Опиум. Несмотря на то что употребление этого наркотика, равно как и торговля им, была запрещена в Китае еще в первой половине XVIII века, британцам удавалось вполне успешно, хоть и абсолютно нелегально, обходить эти запреты. В конечном итоге это привело к тому, что к 1835 году опиум составлял ¾ всего китайского импорта, его употребляли миллионы людей всех сословий. Хуан Цзюэцзы, крупный сановник, писал в докладе императору: «Начиная с чиновничьего сословия вплоть до хозяев мастерских и лавок, актеров и слуг, а также женщин, буддийских монахов и даосских проповедников – все среди бела дня курят опиум».

Это было возможно благодаря повальной коррупции китайских чиновников. Сама борьба с опиумом становилась для многих способом неплохо заработать. Так, например, Хань Чжаоцин, капитан корабля береговой охраны, с завидной регулярностью сдавал конфискованный наркотик целыми ящиками. Хотя как сказать – «конфискованный». На самом деле это он брал взятки «натурой». За подобные успехи в борьбе с контрабандой Чжаоцин удостоился звания адмирала, почетного права носить павлиньи перья и целой эскадры в управление, которую он тут же приспособил для перевозки опиума.

В 1839 году императорский чрезвычайный уполномоченный Линь Цзесюя конфисковал весь груз наркотика у английских и американских торговцев. Получилось 19 тысяч ящиков и 2 тысячи тюков. Три недели ушло только на то, чтобы все это сжечь. Продолжить торговлю могли только те купцы, которые давали подписку об отказе провозить опиум. Британцы сперва сопротивлялись, но вскоре оказались заперты на своих кораблях, откуда наблюдали, как предприимчивые американцы давали подписки и занимали освободившуюся торговую нишу. Пришлось согласиться на условия.

Но успех вскружил голову китайскому императору. Он захотел наказать «западных варваров» и закрыл Гуанчжоу для коммерсантов из Англии и Индии. В Великобритании к этому моменту многие силы призывали военным путем открыть китайские порты для торговли. И объявленный императором запрет склонил чашу весов.

Война, получившая название «Опиумной», закончилась ожидаемой победой Британии. Застрявшая в глубоком Средневековье Поднебесная мало что могла противопоставить ведущей мировой державе. Китайские солдаты были плохо обучены, отвратительно вооружены и качественно обдолбаны. Накануне войны английские торговцы чуть ли не задаром отправляли большие объемы опиума в районы базирования китайской армии. Инвестировали, так сказать. Одним из многочисленных итогов стало открытие для иностранцев нескольких городов. В том числе и Шанхая.

* * *

К нашему возвращению в номере материализовались еще две односпальные кровати.

26 июня Шанхай

Шанхай виделся нам крайне неоднородным. Запруженные людьми улицы с высокими зданиями и торговыми центрами сменялись какими-то лачугами и переулками с развешанным на веревках бельем. На горизонте маячили небоскребы. Бывшие французские и английские кварталы, как и раньше, наполняли в основном европейцы и бары. Мы с Вовой со вздохами провожали взглядами вынесенные на улицу меню. Особенно часть с пивом. Особенно расценки. Не так уж нам и хотелось пива. Ну, не настолько.

* * *