Крах политической доктрины императора Павла I, или Как нельзя управлять страной

Очевидно, что дворянство было не однородно: аристократия тяготилась службой, тем более при Павле I, с его вахт-парадами, а малообеспеченные дворяне зачастую не могли себе позволить служить. Императора не заботило, каким образом будут поступать на службу, например, дети из бедных дворянских семей. Создай он для них специальные кадетские корпуса в губерниях, возможно, Павел I в их лице получил бы себе новую социальную опору, ведь ехать учиться в столицу не у всех были средства, а определяться в полки – связи. Возможно, задумайся император Павел об этом, поддержи данную социальную категорию, его судьба была бы иной.

Еще в большей степени высказанную мысль подтверждает ограничение во время правления Павла I дворянского самоуправления и любой инициативы. Как известно, был издан указ, запрещающий избираться в уездные и губернские предводители дворянства ранее не служившим дворянам.

Император крайне негативно относился к любым проявлениям дворянской инициативы, в том числе праву дворян лично представляться монарху. Отправка депутаций от различных сословий, прежде всего от дворян, была давней российской традицией. Уже 14 декабря 1796 г. генерал-прокурор князь А.Б. Куракин докладывал Павлу I о том, что «екатеринославское дворянство предполагает отправить депутацию для испрошения привилегий по питейному доходу, несообразных с правилами, на которых повелено сенату дело сие рассматривать». Император воспринял эту новость крайне негативно и «повелел соизволить оную остановить, ежели приехала, тотчас поворотить, о чем для исполнения дать знать Н.П. Архарову»[68]. Не разрешил Павел Петрович приехать в Москву на коронацию как делегациям от дворянства, так и отдельным должностным лицам. Например, Павел I не удовлетворил просьбу оренбургского генерал-губернатора Ивана Михайловича Баратаева, который просил разрешения приехать в Москву. Монарх ответил, «что каждый у своего места должен служить»[69]. В чем-то Павел был прав – законы должны быть едины для всех. Но, отменяя традицию, ее необходимо было чем-то заменять. Конечно, провинциальное дворянство не имело никакого отношения к заговору, но вот к созданию посмертной «славы» Павлу I, его демонизации в своих воспоминаниях явно приложило руку.

Еще одно спорное, хотя и необходимое новшество социальной политики Павла Петровича заключалось во введении некоторых налогов и сборов с дворян, которые ранее были освобождены от каких-либо персональных платежей в пользу государства. При Павле I, причем с самого начала его правления, на дворян были наложены некоторые сборы. А также теперь за их счет должны были содержаться общегосударственные судебно-административные учреждения. 18 декабря 1797 г. императором было издано два указа: об учреждении Вспомогательного банка для дворянства и «О сборе с дворянских имений особых сумм на содержание по губерниям судебных мест…». В пояснении к последнему указу было отмечено, что большая часть губернских учреждений, «служащая к доставлению правосудия, к охранению порядка и к ограждению общей безопасности пополняется из дворянства»[70]. Учитывая, что вторым указом Павел I обязал города содержать городскую полицию, логика императора Павла, стремившегося уменьшить государственные расходы, становится понятна.

Считая, что дворянство пользуется особыми правами и привилегиями, «этот знатнейший чин» должен нести бремя «общей надобности» из собственных сбережений. Поэтому на дворян была возложена еще и часть содержания губернских штатов. Всего по подсчетам М.В. Клочкова с дворян были произведены сборы в 1798 г. в объеме 1640 тыс. руб. и в 1799 г. еще 1748 тыс. руб. И в дальнейшем этот сбор должен был стать постоянным[71].

Были и разовые добровольные сборы для решения каких-либо государственных задач. В частности, император Павел предложил дворянству установить сбор по постройке казарм. Большинство губернских дворянских собраний поспешили выполнить это монаршее поручение, боясь возможных негативных последствий в случае его невыполнения. Как показала практика, эти опасения были совершенно обоснованны. Курляндское дворянство отказалось строить казармы. Павел I, как только узнал об этом, предписал «генерал-фельдмаршалу графу Эльпу, находящемуся в курляндской губернии, войска расположить на квартирах по всем генерально мызам»[72].