Крах политической доктрины императора Павла I, или Как нельзя управлять страной

Изменения, затрагивающие офицерский корпус, были направлены на то, чтобы подтянуть дисциплину в избалованной «потемкинской армии». Трудно отрицать разумность ряда мер. Офицерам было запрещено ходить в какой-либо одежде, кроме форменной. Запрещено брать займы и делать долги. Казалось бы, вполне разумные распоряжения. Но помимо этого в войсках, причем довольно стремительно, были введены «новый устав, новые чины, новый образ учения, даже новые командные слова, составленные из французских речений с русским склонением… Вместо «к ружью!» – «вон!», вместо «ступай!» – «марш!», вместо «заряжай!» – «шаржируй!»[113]. Все это было, конечно, непривычно старшим офицерам, которые вынуждены были разучивать новые команды наравне с рекрутами. Описывая образ жизни офицеров при Екатерине II, граф Е.Ф. Комаровский, при Павле I исполняющий обязанности адъютанта великого князя Константина Павловича, в общем-то понимал ненормальность такого положения дел, когда офицеры при императрице «помышляли только, чтобы ездить в общество, театры, ходить во фраках…». Однако и нововведения Павла I восторгов у него не вызвали: «…теперь с утра до вечера в полковом дворе; и учили нас всех как рекрут»[114]. Но как проходило обучение! Н.К. Шильдер, со ссылкой на рассказ А.П. Ермолова, так описывал обучение боевых генералов новым командам, которое осуществляли малограмотные «гатчинские» офицеры императора Павла: «Э, когда командуют: повзводно направо, офицер говорит коротково»; «Э, когда командуют: повзводно налево, то просто налево!»[115]. Очевидно, что подобного рода учения вызывали глухое раздражение образованного офицерства.

Кроме того, изменения устава затронули не только вопросы собственно военной службы, но и поведения офицеров в быту. По чинам было установлено, какое количество блюд необходимо подавать за обедом. Известен исторический анекдот. Император как-то посетил полк, где служил майор Яков Петрович Кульнев, впоследствии герой Отечественной войны 1812 г., воспетый Денисом Давыдовым и послуживший А.С. Пушкину прототипом Дубровского. По указу Павла I майору полагалось иметь три смены блюд. Майор был беден и довольствовался одним. На прямой вопрос императора – сколько блюд ему подают за обедом, не посмел солгать и ответил, что «лишь одну курицу». На возмущенный окрик Павла Петровича о нарушении указа он возразил, что «сначала положил ее плашмя, потом смело водрузил ребром, и, наконец, безжалостно обкусал ее сбоку». Императору Павлу ответ понравился, и майор не пострадал. История эта получила огласку, в дальнейшем писатель Валентин Пикуль приводит ее в своих военных рассказах как расхожий анекдот павловских времен.

Известно, что в течение всего XVIII в. в российской армии была распространена практика «приписывания» младенцев к воинским частям. Император Павел I решил побороться с этой порочной системой. Он «просто» вызвал всех находящихся в отпусках офицеров на смотр, а неявившихся отправил в отставку. Кроме того, он ограничил отпуск офицера на срок не более одного месяца в году. Подобный указ затронул фактически все слои дворянского общества, что не могло не вызвать ропота, тем более что причина подобного указа была не ясна.

Проблема реформирования армии императором Павлом I во многом заключалась в том, что все изменения он стремился внедрить сразу, требуя беспрекословного принятия и новых уставов, которых еще никто не знал, и новых правил, мундиров, команд. Ему это все было привычно, так как апробировано на гатчинском войске, а вот «старой» екатерининской армии – нет. Именно эти внешние стремительные и непонятные преобразования оказались шоком для столичного офицерства. Изменение внутренней системы требовало времени, и, несмотря на то что эти преобразования были разумны и логичны, это также следовало осознать и принять.