Крах политической доктрины императора Павла I, или Как нельзя управлять страной

Надо заметить, что Павел Петрович действительно полностью доверял И.П. Кутайсову. Он всегда жил в помещениях, смежных с покоями Павла. Он демонстрировал своему господину полную преданность, угадывая все его слабости. Даже оппоненты Кутайсова отдавали должное его проницательности, умению подстроиться под переменчивое настроение великого князя, а затем и императора Павла I. Все мемуаристы, по-разному относящиеся к Павлу, однозначно оценивают Кутайсова как ловкого царедворца и «первого любимца» государя. Например, в воспоминаниях А. Коцебу рассказывается, что, «когда Павел находился при армии в Финляндии и, вероятно, не без основания боялся быть умерщвленным, Кутайсов каждую ночь спал на пороге его комнаты, дабы не могли пройти к великому князю иначе, как чрез его труп»[149]. Как можно было не доверять такому преданному слуге! Павел I дал Кутайсову титул, земли, сделал его командором и рыцарем Большого креста ордена Святого Иоанна Иерусалимского.

Однако история показывает, что Кутайсов был предан Павлу I ровно настолько, насколько это было ему выгодно. Более того, в литературе встречается рассказ, правда не подтвержденный документами, что накануне цареубийства Кутайсову принесли запечатанное письмо, в котором говорилось о заговоре, однако он поленился его вскрыть. Эта история едва ли имела место быть, но хорошо показывает отношение общества к Кутайсову.

1 февраля 1798 г. А.А. Аракчеев был «уволен в отпуск до излечения» с сохранением звания генерал-квартирмейстера. Надо сказать, что историки и биографы Аракчеева по-разному трактовали эту отставку. Однако, как верно заметил В.А. Томсинов, не в характере Павла I было лукавить в указах[150]. По всей вероятности, Аракчеев действительно сильно заболел от охлаждения и недовольства со стороны Павла I, которому был лично предан. Отпуск-опала длился около года, уже 5 января 1799 г. Аракчееву было приказано присутствовать в Военной коллегии. 15 января ему был пожалован орден Иоанна Иерусалимского – для того периода павловского царствования едва ли ни самая почетная награда. Далее 5 мая барон Аракчеев был пожалован в графское достоинство.

В сентябре 1799 г. последовала уже действительная опала. Желая выгородить брата, Аракчеев исказил материалы по краже от 24 сентября в Санкт-Петербургском военном арсенале, что, конечно, стало известно императору Павлу. Уже 1 октября последовал приказ: «Генерал-лейтенант Аракчеев 1-й за ложное донесение и что в противность устава нарядил дежурным штаб-офицера из другого батальона, а не из того, который стоял тогда в карауле, отставляется от службы. Генерал-майор Аракчеев 2-й за случившуюся покражу в арсенале во время бытности тогда в карауле его батальона отставляется от службы. Адъютант Е. И. В. Александра Павловича ген. – майор Апрелев по делу, по которому ген.-лейт. гр. Аракчеев отставлен, отставляется от службы»[151].

Из петровских «потешных войск» выросли «птенцы гнезда Петрова». Павел I, несмотря на то что одарил своих гатчинцев землей, титулами и т. п., не видел в них своих соратников, а только слуг, которые должны беспрекословно подчиняться его воле. При этом им не прощались небольшие ошибки и слабости, свойственные любому человеку. В А.А. Аракчееве было все, что особо ценил Павел Петрович: ум, внутренняя организованность, безусловная личная преданность монарху. Как знать, если бы Аракчеев присутствовал в Петербурге, возможно, заговорщикам и не удался бы их заговор. Он был действительно предан Павлу, но «без лести», а император оказался очень падок именно на «дешевую лесть», которой его с таким вдохновением окружили заговорщики.

Все качества, присущие Аракчееву, в дальнейшем ценил император Александр I. Хотя, по свидетельству современников, Аракчеев до конца своих дней оставался «человеком Павла». Декабрист Г.С. Батеньков, служивший одно время под началом Аракчеева, так его охарактеризовал в своих воспоминаниях: «Об Аракчееве думают, что он был необыкновенно как предан Александру: никто теперь не поверит, ежели сказать, что он ненавидел Александра; а он именно его ненавидел. Я вам это говорю не как догадку, а как факт, который мне хорошо известен, потому что я знал Аракчеева коротко. Павлу он был действительно предан, а Александра он ненавидел от всей души и сблизился с ним из честолюбия. Он радовался, когда Александр принимал какие-нибудь строгие меры, но радовался потому именно, что они навлекали на Александра нарекания и возбуждали против него неудовольствие».

Рассказ о ближайшем окружении великого князя и императора Павла I будет не полным, если не представить окружающих его женщин, прежде всего «доброго ангела», Екатерину Ивановну Нелидову, и фаворитку последних лет царствования Анну Лопухину. Если в выборе своих жен Павел Петрович все-таки не был свободен, то эти дамы появились рядом с ним исключительно сообразно его собственным интересам.