Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

В 1510 году Юлий снял отлучение с Венеции, но кампания того года оставалась весьма драматичной. Армии Лиги вновь захватили стратегически важный город Виченца, расположенный на дороге между Венецией и Миланом, а также Полезине на реке По. Французы захватили Леньяно на реке Адидже. Лига заняла города Бассано и Беллуно, но проблемы, возникшие в конце лета в Генуе и Милане, оказались слишком серьезными, и венецианцам удалось вернуть себе практически все, что было у них отвоевано. Под контролем французов остались лишь крепостные города Леньяно и Верона[373]. В этот момент Юлий изменил свои отношения с французами, объявив, как велит традиция, об «изгнании варваров». Действительно ли он произнес эти слова, мы точно не знаем, но его отношение предельно ясно[374]. Затем папа начал кампанию, которая поначалу стоила ему контроля над Болоньей. Новое поражение он получил в 1512 году в сражении при Равенне, где армии французов и феррарцев одержали верх над испанской и папской армиями[375]. Сложная динамика завоеваний и потерь, а также смена союзников были очень типичны для Итальянских войн, когда сегодняшний друг с легкостью мог стать завтрашним врагом.

Одним из самых значимых малых государств в северных войнах была Феррара. Город, расположенный на притоке реки По, располагал весьма плодородными землями. По течет на восток через всю Италию, через Турин и Пьяченцу. Плоская речная долина одновременно являлась и сельскохозяйственным ресурсом, и естественной линией обороны. На берегах реки высилось немало замков и крепостей, игравших важную роль в Итальянских войнах. Герцог Феррары сыграл важнейшую роль в конфликте с Юлием II. Альфонсо д’Эсте был третьим мужем Лукреции Борджиа и братом маркизы Мантуанской Изабеллы д’Эсте. На Лукреции он женился в 1501 году, когда той был двадцать один год. Между Лукрецией и Изабеллой сразу же возникло яростное соперничество. Ходили слухи, что у Лукреции был роман с мужем Изабеллы, Франческо, хотя исторических свидетельств тому нет, а другой ее роман с будущим кардиналом Пьетро Бембо вряд ли вышел за рамки страстной переписки. С 1505 года, когда Альфонсо стал герцогом, Лукреция сосредоточилась на разнообразных проектах. Она перестроила герцогские апартаменты, добавила новые исторические картины, устроила ванную и грот, закрыла стены шелковыми драпировками и гобеленами с изображением истории Сусанны и старцев[376]. (Этот ветхозаветный сюжет и намекал на добродетель несправедливо обвиненной женщины – очень актуально для Лукреции, – и давал возможность любоваться сексуальной сценой женского купания.) Кроме того, Лукреция создала настоящую деловую империю. Она занималась мелиорацией долины По для улучшения местных пастбищ[377], а также создала целую фабрику по производству моццареллы[378].

А герцог Альфонсо занимался военными проектами. Вместе со своими ремесленниками он разрабатывал и совершенствовал новый тип пушек. Его даже прозвали il duca artigliere, то есть Герцог-Пушкарь. Паоло Джовио, входивший в ближний круг Медичи, внимательно следил за развитием политических событий. Он написал биографию Альфонсо, где рассказывал, что герцог имел обыкновение спускаться в кузницу и лично заниматься кузнечным делом. Он делал разные изделия из бронзы, в том числе и пушки[379]. Франческо Сперуло, наемник на службе Чезаре Борджиа, написал поэму об участии Альфонсо в сражении при Равенне. Он рассказывал, как герцог обратился к ремеслу, которым ему не давал заниматься отец, и «всегда был окружен безжизненными инструментами смерти, бронзовыми жерлами, грудами серы и селитры». Подобные занятия мало у кого вызывали энтузиазм, но, как писал Сперуло, «судьба постановила, что судьбы государств решаться будут этим ремеслом»[380]. Он был прав – и правота его наиболее ярко подтвердилась, когда в декабре 1509 года во время сражения при Полеселле венецианский флот ночью прошел по реке По. Феррарцы расположили свои пушки по обе стороны реки, за крепостными укреплениями. Они так точно рассчитали траекторию полета ядер, что, когда они начали стрелять еще до рассвета, им удалось буквально стереть флот с лица воды[381]. Альфонсо по праву гордился своими достижениями, что явственно чувствуется в его портрете кисти Доссо Досси. Лукреция тоже знала толк в делах военных. В отсутствие мужа она вместе с деверем, кардиналом Ипполито I д’Эсте, и местными чиновниками сумела эффективно организовать снабжение армии[382].