Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

Лишь немногие еврейские интеллектуалы смогли сделать успешную карьеру в Италии. Иегуда Абарбанель, известный как Леоне Эбрео (Лев Еврей), родился в Лиссабоне между 1460 и 1465 годами. Отец его был королевским казначеем (в те времена евреи могли занимать подобное положение). Когда же его обвинили в заговоре против короля, семье пришлось бежать в Севилью, где Леоне выучился на врача. В 1492 году Леоне отказался крестить сына, их разлучили, ребенка насильно крестили, а Леоне бежал в Неаполь. Здесь он продолжил заниматься медициной (среди его пациентов были испанский вице-король и кардинал Раффаэле Риарио) и начал интересоваться философией. После французского вторжения 1495 года Леоне снова бежал, на сей раз в Геную, где начал работать над самым известным своим трудом «Диалоги любви» (Dialoghi d’Amore), в котором исследовал отношения Бога, вселенной и человека через концепцию космической любви. Хотя в некоторых изданиях «Диалогов» утверждалось, что Леоне принял христианство и использовал идеи христианских и языческих философов (избегая прямой критики христианской доктрины), книга эта примечательна тесной связью с еврейской традицией. В христианских интеллектуальных трудах ее восприняли как литературу светскую – еврейскими элементами при чтении пренебрегали, обращая основное внимание на идеи Платона и Аристотеля. Книга выдержала множество изданий, была переведена на разные языки. Цитаты из «Диалогов» можно найти в «Дон Кихоте» Сервантеса[445].

Венеция была главным центром печати еврейских книг[446]. Иудейские и христианские мыслители тесно сотрудничали – не в последнюю очередь из-за интереса христианских гуманистов к переводу Библии. Когда Генрих VIII начал искать толкователей Ветхого Завета, чтобы обосновать свой развод, он сразу же отправил своих агентов в Венецию. Они добивались от венецианских властей разрешения не носить желтую шляпу для еврейского ученого Якоба Мантино – в надежде на его помощь. На такую же помощь рассчитывал венецианский дипломат (а позднее кардинал) Гаспаро Контарини, когда в 1525 году называл тираническим отношение испанской инквизиции к обращенным евреям. Его брата Андреа арестовали в Испании за попытку вывоза священных книг с комментариями раввина – в Кастилии такие книги были запрещены[447]. Так была ли Венеция «толерантной»? Венецианцам не нравилось вмешательство чужаков в их дела, будь то испанцы или папа. Но были и более прозаические объяснения: город всегда ценил коммерцию – хоть книгопечатание, хоть другие занятия. Изгнание евреев из Испании привело к появлению диаспор в различных портовых городах Средиземноморья, и Венеция могла пользоваться личными связями евреев для развития собственной торговли[448].