Красота и ужас. Правдивая история итальянского Возрождения

Рафаэль родился в Урбино – маленьком, рафинированном аристократическом центре, за который Медичи соперничали с делла Ровере. Отец его, Джованни Санти, был придворным художником, но в 1494 году умер, и юному Рафаэлю пришлось пробиваться самому. Он поступил в мастерскую Перуджино, а в 1504 году перебрался во Флоренцию, где провел четыре года, оттачивая свое мастерство среди местных художников. Он всегда позиционировал себя культурным, изысканным мастером, отнюдь не ремесленником, и ему удалось найти себе влиятельных покровителей. В 1508 году его пригласили в Рим, где он приступил к оформлению апартаментов папы Юлия (Юлий решил не селиться в комнаты, где ранее жил его предшественник Борджиа.) На портрете Юлия кисти Рафаэля мы видим умудренного жизнью папу. Художник сделал упор на его человеческую хрупкость: Вазари писал, что портрет оказался настолько реальным, что те, кто его видел, «съеживались от страха»[517]. Сочетание красного и белого в одеждах Юлия символизирует, с одной стороны, кровь Христову, с другой – чистоту понтифика[518]. Хотя, как мы уже видели, Юлий не чурался кровопролития. В религиозном искусстве произошел серьезный сдвиг по сравнению с тем, каким оно было лет сто назад. Изображение библейских сюжетов стало гораздо более реальным. Нимбов стало значительно меньше, а когда они появлялись, то были легкими и прозрачными. Плоские золотые круги ушли в прошлое. «Мадонна в скалах» и другие Мадонны Леонардо изображали обычных женщин с детьми, и художник всячески подчеркивал их человечность. (Впрочем, как мы увидим далее, впоследствии такое человечное изображение вышло из моды.)

Работая над папскими апартаментами, Рафаэль вдохновлялся гротесками, обнаруженными в подземных помещениях Золотого дома Нерона (их ошибочно приняли за пещеры, отсюда и слово «гротеск» – от итальянского grottesca, то есть «похожий на пещеру»). Росписи обнаружили примерно в 1480 году, когда гуляющий мальчик вдруг провалился в расщелину Эсквилинского холма. Росписи сразу же привлекли внимание художников. В то время никто не знал, что Золотой дом (Domus Aurea), погребенный под слоями земли на римском Форуме, – это резиденция императора Нерона (годы правления 54–68 г. н. э.). Руины были полностью покрыты землей, поэтому, когда кто-то спускался туда, видно было лишь сводчатые потолки и около метра верхней части стены. Легко было предположить, что это не потолки, а пещеры и пещерные росписи. Вазари описывает, как Рафаэль вместе с другим художником, Джованни да Удине, побывал в Золотом доме. Они пришли в церковь Сан-Пьетро-ин-Винколи, где велись раскопки с целью поиска античных статуй. И там:

«…было обнаружено несколько подземных помещений, сплошь покрытых и наполненных гротесками, мелкими фигурами и историями, с лепными украшениями низкого рельефа. Отправившийся посмотреть на них Рафаэль взял с собой Джованни, и оба были поражены свежестью, красотой и качеством этих работ. Причем особенно они были удивлены тем, что они сохранились спустя столь долгое время; однако в этом не было ничего особенного, ибо до них не доходил и не касался их воздух, обычно с течением времени все разъедающий из-за переменчивости погоды. Гротески же эти (названные так потому, что были найдены в гротах) отличались таким рисунком, были так разнообразны, причудливы и прихотливы, причем упомянутые тонкие украшения из лепнины чередовались с полями, разнообразно расписанными историйками, такими красивыми и изящными, что запали они Джованни и в ум, и в сердце, и, увлекшись их изучением, он рисовал и воспроизводил их не раз и не два; а так как получались они и у него легко и изящно, ему оставалось лишь найти способ изготовления стукко, на котором выполнялись гротески»[519].