Крестовые походы. Взгляд с Востока

Большинство из них отправились в Тир. Около 15 000 человек не смогли заплатить выкуп, и рабство стало их участью. Было 7000 мужчин, которым пришлось привыкать к непривычному унижению, которых рабство разделило и разбросало по разным уголкам исламского мира, когда покупатели разъехались по горам и равнинам. Женщин и детей было 8000, и они были быстро разделены между нами. Слушая их плач, мусульмане только улыбались. Как много честных женщин было отдано на поругание, как много королев стали рабынями (женской участи автор посвящает большой абзац, в котором очень много слов, но смысл можно выразить четырьмя словами: женская доля была тяжелой).

Когда Иерусалим был очищен от грязи – проклятых франков и лишен омерзительных одежд, чтобы надеть почетное платье, некоторые христиане, заплатив налог, отказались уезжать. Они попросили разрешения остаться, обещав преданно служить нам. Они покорно заплатили «выкуп за свою жизнь» (Коран IX, 29). Они были готовы принять все, что им уготовано, и стали данниками, зависящими от мусульманской защиты. Их использовали для разных черных работ, и они принимали это как великий дар.

Добрые дела Саладина в Иерусалиме и злые дела, которые он изжил

Когда Саладин принял капитуляцию Иерусалима, он приказал открыть михраб (ниша, отмечающая направление молитвы) в Масджид аль-Акса, и издал решительный приказ по этому поводу. Тамплиеры построили перед михрабом стену, а мечеть превратили в амбар. Говорят, в своей злобной враждебности они даже использовали ее как отхожее место. К востоку от киблы они построили большой дом и еще одну церковь. Саладин велел убрать все, что мешает открыть девственно чистый лик михраба. Затем он велел снести стену перед михрабом и очистить двор вокруг нее, чтобы людям, приходящим на пятничную молитву, хватало места. Была возведена кафедра, очищенный михраб снова увидел дневной свет, и все, что было между колоннами, снесено. Открывшиеся пространства были покрыты коврами, на стенах повешены канделябры, чтобы читать Коран, и истина наконец одержала верх над злобой и заблуждениями. Коран был вознесен на трон, а заветы сброшены с него. Были расстелены молитвенные коврики, и религиозные церемонии отныне стали выполняться в чистоте (далее повторяется все то же самое, но другими словами). Многие люди, обладающие бесчисленными достоинствами (автор довольно долго и утомительно перечисляет эти достоинства), предлагали себя в качестве проповедников. Но султан никого не назначал и ничего не объяснял. Люди говорили: «Если бы только я мог произнести проповедь в первую пятницу, я был бы бесконечно счастлив. Если бы только мне выпало такое счастье, мне было бы все равно, кто придет после меня». Когда наступила пятница, 4-й день месяца шабан, люди стали просить султана назначить проповедника. Большая мечеть была полна народа, люди рыдали от избытка эмоций (после этого автор подробно описывает эти эмоции и прославляет ислам, одержавший решающую победу). Когда же после полудня прозвучал призыв к молитве, султан, тщательно обдумавший кандидатуру проповедника, наконец назначил его. Он велел кади по имени Мухий ад-Дин Абу л-Маали Мухаммед ибн Заки ад-Дин Аль аль-Кураши подняться на кафедру. При звуке этого имени лбы других кандидатов покрылись потом. Я лично вручил ему почетное черное облачение, дар халифа. Он получил великую милость, заслуженную милость. Он поднялся по ступеням кафедры, как ему и было велено, и был хорошо принят. Собравшихся охватил энтузиазм. Он обратился к людям, и они слушали его, он говорил, а они молчали, он был красноречив и выразителен. Его речь была плавной и изысканной, выразительной и проникновенной. Он объяснил важность взятия Иерусалима и очищение Масджид аль-Аксы, вознес молитвы за великую победу халифа и султана. Потом он спустился с кафедры и помолился со всеми. Молитвы закончились, был установлен «общий консенсус» и начались «рассуждения по аналогии» (это два основополагающих принципа мусульманского права). Была поставлена специальная скамья напротив киблы, куда сел Заин ад-Дин Абу л-Хасан Али ибн Наджа и давал советы тем, кто боялся и кто надеялся, счастливым и несчастным, обреченным на проклятие и идущим по пути спасения (на описание советов и реакции на них автор тоже не пожалел восторженных слов). Султан молился среди толпы верующих. Все просили Всевышнего помочь им продолжить победы.

Описание священной Скалы – да сохранит ее Аллах!