Крестовые походы. Взгляд с Востока

Покинув Акру, Саладин подошел к Тиру в 9-й день месяца Рамадан / 13 ноября 1187 года, и остановился возле реки в виду города, ожидая, когда подойдут основные силы. В 22-й день месяца Рамадан он двинулся дальше и разбил лагерь на холме в непосредственной близости от Тира, так чтобы он мог следить за ходом сражения. Он приказал, чтобы часть армии, очередь которой подошла вступить в бой, приготовилась и расположила людей так, чтобы каждый отряд вступал в бой поочередно и защитники города подвергались постоянной атаке. Но участок, с которого они отправлялись в бой, был очень маленьким, и нужно было совсем немного защитников, чтобы отбивать атаки. Мешали мусульманам и траншеи, прорытые от моря к морю. Тир был словно рука, протянутая в море, которая в районе локтя соединялась с материком, но при этом была со всех сторон окружена водой. Мусульмане могли наступать только вдоль этого локтя. Они штурмовали город, используя катапульты, баллисты и осадные машины. Семья Саладина тоже участвовала в сражении: его сын аль-Афдаль, второй сын аль-Захир Гази, брат аль-Адиль ибн Айюб, племянник Таки ад-Дин и другие эмиры. У франков были галеры и брандеры, с помощью которых они контролировали море по обе стороны от перешейка, вдоль которого мусульмане атаковали. Они нападали на фланги мусульман, используя баллисты, что было большой помехой для нашей армии, на которую нападали с одной стороны горожане, а с другой – солдаты с галер. Перешеек был таким узким, что стрелы легко перелетали его. Многие мусульмане были ранены или убиты, но они так и не смогли добиться успеха.

Саладин приказал, чтобы десять египетских галер из Акры шли в Тир, погрузив на борт солдат и все снаряжение. Они не позволили тирским кораблям выйти и напасть на мусульман, которые смогли подойти вплотную к форту и напасть на него с суши и моря. Победа уже была близка, но судьба распорядилась иначе. Однажды ночью пять мусульманских галер охраняли порт, желая перерезать линии связи врага. Ими командовал Абд ас-Салам аль-Магриби, храбрый и опытный человек. Проведя ночь на страже, люди решили, что рассвет принесет им безопасность, и заснули. Неожиданно на них устремились галеры франков. Они атаковали мусульман и многих убили. Остальные были взяты в плен и остались на своих кораблях, которые завели на буксире в порт Тира на глазах мусульман, наблюдавших за действом с суши. Некоторые мусульмане бросались в море с захваченных галер. Одни сумели добраться до берега, другие утонули. Саладин приказал остальным галерам идти в Бейрут. Их было так мало, что они стали бесполезны. Франки бросились в погоню. Когда мусульмане увидели, что за ними весь франкский флот, они выбросили свои корабли на берег и бежали. Саладин велел уничтожить корабли, после чего атаки на Тир продолжились только с суши, что было бесполезно из-за отсутствия пространства для маневра. Однажды франки совершили вылазку и напали на мусульман из-за траншей. Битва шла с полудня до захода солнца. Был схвачен известный франкский рыцарь – на него напали, когда он упал с коня. Рыцаря убили. Так продолжалось несколько дней. Наконец Саладин понял, что он тратит слишком много времени, и ушел. У него была такая привычка – уставать от осады, если она затягивалась, и двигаться дальше. Весь этот год он ни разу не останавливался надолго, чтобы взять город, но взял их все, как мы уже говорили, в течение нескольких дней, не встретив особых трудностей. Поэтому, когда он и его советники поняли, что ситуация с Тиром совсем другая, было решено уходить. Вся ответственность за сопротивление Тира лежит на Саладине, который направил туда все силы франков, и укрепил их людьми и деньгами Акры, Аскалона, Иерусалима и других мест. Он позволил жителям захваченных городов уйти, по сути отправив их в Тир, где в результате собрались франкские рыцари со всей Палестины, богатые купцы и многие другие. Все они защищали город и отправили франкам за границей просьбу о помощи. Ее им обещали, отметив, что именно Тир станет центром иностранной помощи, а также местом спасения и защиты. А значит, они должны держаться твердо и защищать город. Позже, если Всевышнему будет угодно, мы расскажем конец истории, желая показать, что король не должен отказываться от силовых акций, даже когда судьба вроде бы на его стороне. Неудача вместе с твердым поведением предпочтительнее, чем успех, достигнутый слабостью и безразличием, и делает короля менее виновным в глазах людей. (Это лишь один отрывок, содержащий почти неприкрытую враждебность к Саладину, которая видна в трудах автора из Месопотамии, отдававшего предпочтение Зангидам, вытесненным Саладином. Мы никогда не узнаем, какие у автора были основания для критики методов ведения военных действий, использованных Саладином. Ибн аль-Атир представляется очень проницательным человеком, способным признать, даже если это ему не по душе, величие поборника ислама.)