Критическая теория интернета

Мы можем в прагматичном ключе рассуждать о новом поколении софта для рабочих групп, который бы работал параллельно с издательскими и агитационными платформами, а также с теми инструментами социальных медиа, которые помогают в мобилизации. Сегодня не хватает небольших, ориентированных на конкретную задачу приложений для принятия решений, которые выглядят как чаты, а не как комплексные форумы для использования на ПК. В этой сфере господствует Google с своими программами Google+ и Writely, который, увы, превратился в Google Docs.

Я не настолько увлечен вопросом «демократии», насколько им увлечены Дэвид Гребер и другие участники американского движения Оккупай. Я бы предпочел экспериментировать не с ритуалами консенсуса, а с софтом для принятия решений, и думаю, что социальные движения должны культивировать противоречия, а не избегать их [318]. Нас не должно пока беспокоить, раскалываются ли движения, или нет: давайте помнить о том, что социально-технические инфраструктуры расширяются и улучшаются за счет разветвления. Суть также и не в очередных экспериментах с моделью единого сообщества и управления им. Оргнеты являются атрибутом нашего времени, потому что они разбираются с тем, как именно технологии «вгрызаются» в определение того, что представляет собой социальная группа. Оргнеты стремятся инициировать такой процесс определения на уровне сетей. Сети понимаются не как добровольные низовые групповые ассоциации, о чем твердила идеология 1970-х, а как господствующая форма повседневной жизни общества. Контуры оргнетов пока едва различимы, так что еще нет возможности дать ответ на, без сомнения, интересный вопрос о том, как они соотносятся друг с другом и с другими формами организации. Нам нужно лучше понять, что происходит и что может происходить на самом базовом уровне организации. Как пишет Гребер, «если есть возможность, то всегда лучше принимать решения в небольших коллективах: рабочих группах и группах единомышленников. Инициативы должны появляться снизу. Никто не должен чувствовать, что ему нужно чье-либо разрешение, даже если речь идет о включающей всех Генеральной ассамблеи. Исключение составляют те случаи, когда отсутствие такого разрешения вредило бы общему делу» [319].

Что касается предполагаемого «виталистского импульса» сетей, то здесь требуется оправданная критика. Нужно оспорить предположение, что социальные структуры возникают из ниоткуда. Нет ни эмерджентности, ни свободного становления, а есть только пробы и ошибки, целью которых является достижение критической массы, после чего будут строиться коалиции, а отдельные действия перерастут в крупномасштабное событие. Бергсонианские же метафоры подразумевают, что движения должны высвободить внутреннюю энергию, что позволит покинуть область своих желаний и присоединиться к большой движущейся толпе. В конце концов, у социальных движений лучше всего получается нас удивлять (в особенности тех, кто непосредственно в них участвует). Но, возможно, вместо простого отрицания идеи эмерджентности стоит попытаться встроить определенные политические конфигурации в исторический контекст. Мы сможем лучше понять, что могло бы сработать сегодня, если сравним это с беспокойной эпохой сорокалетней давности, золотым веком поп-культуры, социальных движений от феминизма до сквоттинга, вооруженной борьбы, деколонизации и растущей осведомленности об экологических проблемах и вопросах применения атомной энергии. Одним из важных отличий от той эпохи является сегодняшнее плачевное состояние «радужной коалиции» – лоскутного одеяла меньшинств, как говорили раньше. Вместо «групп единомышленников» сейчас мы имеем дело с нестабильными сетями – с неформальной основой и слабыми связями, особенно на периферии.

Внутри сегодняшних сетей мы обмениваемся апдейтами. Если взглянуть на стартовый вопрос Twitter – «Что вы сейчас делаете?» – то событие здесь является данностью [320]. Согласно корпоративному взгляду, в нашей жизни всегда есть события, о которых можно поговорить – какими бы на самом деле мелкими они ни были. Эксперты по маркетингу заинтересованы именно в этой пустой болтовне. Мы не отыскиваем источник происходящего и не деконструируем желание отмечать любую мелочь как новость. Не создать ли тогда микроблоггинг-платформу, которая будет спрашивать: «Что делать?» Как бы выглядел ее дизайн? Важно на уровне софта осуществить то, что можно назвать «открытым заговором».