Ледяное пламя Якова Свердлова

Поставленные в дурацкое положение надзиратели были очень злы на попа-баламута. Запрет на встречи в доме Кудриных, на работу театрального кружка и просветительского общества был незамедлительно снят. Случайно встретившись с Покровским в момент его неловкого объяснения с Мунгаловым и Приставкой, Свердлов не преминул издевательски поклониться и произнести ехидную здравицу: «Поздравляю вас с новым товарищем по службе! В России так и полагается: крест и шашка — большая родня» (138). Надзиратели переводили хмурые взгляды со своего опасно умного подопечного на священника, а Покровский затаил обиду. Через несколько дней на воскресной проповеди священник попытался было восстановить паству против революционера, но безуспешно — половина прихожан попросту ушла из церкви. Даже здесь, на краю земли, бесправный ссыльный умудрился одержать убедительную победу над своими недоброжелателями.

Между тем Свердлов ухитрился наладить связь со своими товарищами в Колпашеве. Писарю Кетского волостного правления Петру Анисимову помогала в работе его старшая дочь Раида. Умная девушка не могла рассчитывать на полноценную ставку, но власти ей доплачивали как почтовому курьеру. Раида Анисимова часто ездила в Томск, а оттуда вместе с официальной корреспонденцией везла письма и газеты ссыльным Тогура и Колпашева. Охранка ее подозревала в негласной помощи эсдекам и эсерам, архив жандармского управления пестрит донесениями о частых контактах Анисимовой со ссыльными. Но никаких активных мер против Раиды полицейские не принимали, предпочитая, судя по всему, негласно контролировать этот канал связи. С установлением санного пути вездесущая девушка оказалась в Максимкином Яру. При ней было послание Якову Свердлову. Борис Краевский и другие товарищи спрашивали — не передумал ли он бежать? (135)

Трудно передать, как Яков обрадовался этой весточке. Первым делом он условился с Раидой — каким образом устроить регулярную почтовую связь в обход Приставки и Мунгалова. Девушка пообещала, что пусть и не будет его переписка скоростной и бесперебойной, но гарантированно конфиденциальной. После этого Свердлов написал Краевскому, что рассчитывать на побег зимой не приходится. Тому было несколько причин. Надзиратели в то время продолжали бдительно контролировать перемещения Якова. А кроме того, зимой бежать можно было только на лыжах. С учетом того, что выследить беглеца по торному следу не составило бы труда, а путь был весьма далекий — несколько сот верст, — поэтому горожанам без соответствующей сноровки грозила бы неминуемая опасность замерзнуть в тайге, быть настигнутыми погоней или погибнуть от волков. Свердлов предлагал готовиться к летнему побегу на лодках.

Он разработал подробный план. Согласно ему колпашевцы должны были достать лодку человек на восемь-десять, добыть огнестрельное оружие и солидный запас боеприпасов — с учетом возможной необходимости проделать весь путь пешком и выходить к людям либо в нижнем течении Оби, либо на юге в районе Транссиба. Яков предусмотрел и необходимость легкого, но калорийного и долгохранящегося продуктового запаса — сухарей, сушеного мяса и рыбы.

Настаивал, чтобы ребята обязательно подготовили на каждого участника побега по солидному шмату «мурцовки» — таежного аналога пеммикана арктических исследователей, который Яков распробовал в Максимкином Яру. Это гениальное изобретение остяков и сибирских охотников представляло собой смесь из толченых сухарей, соли и сала, скатанную в плотный шар и тщательно высушенную. Такой шар мог храниться в сумке годами в качестве неприкосновенного запаса, и он был пригоден в пищу, даже если сало прогоркало. Охотничьи вылазки с плотником Кудриным если и не сделали из Якова гуру выживания, во всяком случае помогли ему наглядно представить все возможные сложности беглецов в тайге.

Свердлов отправил несколько подробных писем с инструкциями Краевскому. Молодой большевик пользовался полным доверием Якова, он был его главным связным, правой рукой на условной «воле». В письмах Яков Михайлович прислал подробно разработанный план и даже собственноручно нарисованную им карту реки Кети с ее извилистыми рукавами, а также и план расположения Максимкина Яра. Особо была помечена квартира и окно, возле которого он спал. Спасители должны были, не доезжая пяти-восьми верст, сойти с лодок, спрятаться в тайге, тайно установить со Свердловым связь и в заранее назначенное ночное время бежать. А если спящие стражники спохватятся и погонятся вслед — прибегнуть к оружию (135).