Легенда, утопия, быль в ранней американской истории

Итак, пиннаса вернулась с продуктами. Колонисты приготовили достаточное количество груза для «Джон энд Фрэнсис». Ньюпорт оставлял Виргинию с небольшим запасом продовольствия и далеко не в лучшем состоянии. В этом отчасти был повинен он сам, но в первую очередь член Совета Мартин, которому показалось, что он обнаружил запасы золотой руды. Ради ее добычи забросили все прочие занятия, включая подготовку к посеву. Так как Виргинская компания давно мечтала о подобной находке, то «золотоискателем», по ироническому замечанию одного из колонистов, стал и Ньюпорт. По свидетельству того же колониста, Смит глубоко возмущался, что всю полезную работу оставили из-за погрузки на корабль «такого огромного количества позолоченного дерьма» (С., II, 408). Ньюпорту предстояло в этом убедиться по прибытии на родину. А пока, снявшись с якоря, он увозил с собой «золото» и другие плоды тяжелого труда колонистов. С ним уплывали капитан Уингфилд и капитан Арчер. Рэтклиф болел, и временно обязанности президента были возложены на Мартина.

20 апреля 1608 г. в Виргинию привел свой «Феникс» капитан Фрэнсис Нельсон, имея на борту 40 новых поселенцев (задержавшуюся часть «первого пополнения»). Как раз тогда сильно ухудшились отношения англичан с соседними индейцами, которых они пытались сделать своими постоянными данниками. Во время одного из столкновений колонисты захватили нескольких пленных. Угрожая убить их, они предъявили Паухэтану целый ряд требований. Вождь послал для переговоров одного из своих наиболее уважаемых воинов и с ним — в знак доверия и особого значения миссии — «девочку 10 лет, которая была милее всех своих соплеменников не только чертами и выражением лица, но также не имела себе равных по остроте ума и доброте».^{53} Дипломатический демарш Паухэтана достиг цели: пленных отпустили и подарили «принцессе» набор безделушек. Мир был восстановлен.

2 июня «Феникс» поднял паруса. С ним покидал Виргинию Мартин. «Капитану Мартину, — говорится в „Общей истории“, — вечно нездоровому, бесполезному в делах и одержимому идеей добиться доверия (у правления компании. — Л. С.) якобы присущим ему искусством обнаруживать золото, с удовольствием позволили вернуться в Англию» (С., II, 4). Рэтклиф все еще недомогал. Смит сделался фактическим руководителем колонии. Он вспоминал: «На этот раз мы остались все здоровые и довольные, не споря, любя друг друга и, как мы надеялись, обеспечив длительный мир с индейцами».^{54}

Радость была преждевременной. Запасы продовольствия, привезенные на «Фениксе», быстро таяли. Бич Джемстауна — голод — вновь стоял у ворот.

Еще до ухода «Феникса», 2 июня 1608 г., в глубь страны отправилась продовольственная и географическая экспедиция, возглавляемая, как и прежние, капитаном Смитом. Она прошла берегом Чесапикского залива, по рекам Потомак, Патаксент и Раппаханнок. Когда 21 июля путешественники вернулись в Джемстаун, то застали его обитателей в состоянии, близком к бунту. Рэтклиф в их отсутствие не только бездействовал и расхищал содержимое складов, но затеял еще строительство «президентского дворца». «Наши запасы, наше время, наши силы и наш труд бесполезно расходовались на исполнение его фантазий» (С., II, 412), — свидетельствовал очевидец. После бурных споров решили сместить Рэтклифа с поста президента. На его место выдвигалась кандидатура капитана Смита. Он согласился принять на себя управление колонией. Однако, учитывая, что Уингфилд и Мартин по прибытии в Лондон не преминут очернить его, боялся, как бы после смещения Рэтклифа правление компании действительно не посчитало его мятежником и узурпатором. Кроме того, Смит вновь отправлялся в поход. Поэтому договорились, что он будет дожидаться истечения президентского срока Рэтклифа, а в его отсутствие колонией будет управлять Скривинер.

24 июля Смит и с ним 13 человек покинули Джемстаун. Они пробыли в пути до 7 сентября, сделав много полезных открытий. Когда путешественники вернулись, Рэтклиф сидел под арестом, обвиненный в мятеже. 10 сентября он был смещен окончательно. Смит возглавил колонию.

Согласно легенде, настало время разумного спасительного труда, военных упражнений, мирных сношений с индейцами. Тем не менее к моменту нового посещения колонии Ньюпортом — в конце сентября — она насчитывала в живых только 50 человек. Невозможно, правда, определить, когда умерли их товарищи: при правлении Рэтклифа или после прихода к власти Смита. Так или иначе, но упомянутая цифра омрачает радужную легенду.