Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

Тем не менее секретное постановление «О дальнейшем совершенствовании практики награждений орденами и медалями СССР», принятое Политбюро ЦК КПСС 21 сентября 1978 г., констатировало, что среди награжденных в 1976 г. насчитывалось 3307 человек, для которых «полученный орден был третьим за предшествующие три-пять лет», по-прежнему имелись факты награждения работников ежегодно, а то и дважды в год[744]. Постановление требовало, чтобы повторные награждения орденами и медалями СССР производились не ранее, чем через 4–5 лет после получения последней награды. Отступления от этого правила допускались лишь в исключительных случаях[745]. Однако справиться полностью с проблемой так и не удалось: среди награжденных в 1979–1982 гг. отдел наград выявил 5121 человека, для которых полученный орден был третьим или даже пятым за последние 11 лет, и еще 264 человека, для которых орден был по счету шестым и более. Речь главным образом шла о работниках партийных, советских, профсоюзных и хозяйственных органов, руководителях трудовых коллективов[746].

Еще одним способом, призванным, наряду с периодичностью награждений, предотвратить девальвацию высоких государственных наград, было введение иерархического порядка награждения отдельными орденами, в соответствии с которым награды должны были вручаться поступенчато – от низших к высшим, а требования к награждаемым ужесточаться. В своей записке Подгорному от 22 октября 1976 г. Копенкин проанализировал результаты этой политики на примере повышения ценности присвоения званий Героя Советского Союза и Героя Социалистического Труда, а также награждения орденами Ленина, Октябрьской Революции и Трудового Красного Знамени[747].

Копенкин с удовлетворением констатировал снижение доли высоких наград: если по итогам семилетки число лиц, награжденных орденом Ленина, составило 4,2 % от числа всех награжденных, по итогам 8-й пятилетки – 3,1 %, то по итогам 9-й пятилетки – уже 1,7 %. Такая же тенденция прослеживалась в случае с орденом Октябрьской Революции, вторым по ценности советским орденом (8-я пятилетка – 5 %, 9-я пятилетка – 2 %), и званием Героя Социалистического Труда (семилетка – 0,5 %, 8-я пятилетка – 0,3 %, 9-я пятилетка – 0,1 %). В будущем не рекомендовалось увеличивать процент лиц, которым присваивалось звание Героя Социалистического Труда. Внедрялось в практику также требование постепенного продвижения по наградной лестнице, где вручение «высших» наград было возможно только после получения «низших». Так, если по итогам семилетки среди лиц, которым было присвоено звание Героя Социалистического Труда, доля героев, не награжденных до этого орденом или даже медалью, составляла 62,3 %, по итогам 8-й пятилетки – 20 %, то «все герои, получившие это звание в 9-й пятилетке, были ранее за свои трудовые подвиги отмечены орденами» [748].

Власть также хотела видеть аналогичные тенденции в случае с награждением орденом Трудового Красного Знамени, который формально также относился к верхней части советской наградной «табели». Здесь дело обстояло не столь однозначно: по итогам семилетки число награжденных этим орденом составило 13,2 % от числа всех награжденных, 8-й пятилетки – 24,9 %, в первые годы 9-й пятилетки (1972–1974) – 27,7 %. И только в 1975 г. доля лиц, награжденных орденом Трудового Красного Знамени, снизилась до 10,2 %, что расценивалось отделом наград Президиума Верховного Совета СССР как положительное явление.

Повысить статус ордена Трудового Красного Знамени должны были награждения менее высокими наградами, такими как орден Дружбы народов и орден Трудовой Славы. Но и здесь, по мнению Копенкина, местные власти, являвшиеся инициатором награждений, не до конца понимали все тонкости наградной политики. В частности, орденом Дружбы народов как правило награждались только жители «ряда союзных республик», «совместно выполнившие конкретную народно-хозяйственную задачу». Всего к моменту написания записки (октябрь 1976 г.) орденом Дружбы народов был награжден лишь 2261 человек. Такой зауженный подход, писал Копенкин, «не соответствует статусу ордена, не отвечает самой идее дружбы народов, в основе которой лежат наши успехи в экономике, обороне, культурном и государственном строительстве нашего общества».

Начальник наградного отдела также призвал не допускать награждения лиц, «необоснованно представленных к наградам». Под этой бюрократической формулировкой скрывались люди, имевшие уголовную судимость, «аморальщики», замеченные в «недостойном поведении в быту» и т. д. Так, за 1973–1976 гг. из указов о награждении были изъяты фамилии около 90 человек. «Отрицательные факты» такого рода были, как писал Копенкин, немногочисленными, но «вызывали законное возмущение в коллективах и отрицательно влияют на моральное поощрение добросовестных тружеников»[749]. Кроме того, в 1976 г. орденами были награждены 452 руководителя сельскохозяйственных организаций, которые не справились с заданиями 9-й пятилетки[750].

Леонид Ильич Брежнев

1974

[РГАКФД]