Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

Между тем развитие ситуации на местах работало явно не на позицию Пузина. Новую расстановку сил на «религиозном фронте», которая так не нравилась сторонникам жесткой линии, символизировала собой публичная акция алтайских протестантов в ноябре 1965 г. Как сообщал руководству Алтайского крайкома КПСС заместитель председателя крайисполкома И. Швец, 26 ноября 1965 г. «группа баптистов-раскольников в количестве до 100 человек явилась в крайисполком и потребовала встречи с председателем крайисполкома тов. Кальченко С.В.»[989]. Во встрече им было отказано, после чего «верующие заполнили весь вестибюль Дома Советов, мешая проходить в него гражданам, периодически громко распевая псалмы и выступая с религиозными проповедями»[990]. Акция протеста продолжалась весь день почти до девяти часов вечера. Потребовалось вмешательство начальника краевого управления Министерства охраны общественного порядка Е.Ф. Дорохова и краевого прокурора Н.В. Викулина, подкрепленное силами народных дружинников, чтобы выдворить верующих из здания крайисполкома. На следующий день баптисты-«инициативники» в количестве около 70 человек еще раз попытались проникнуть в здание крайисполкома, но на этот раз их не пустили. Тогда они фактически блокировали доступ в крайисполком, вынудив администрацию проводить посетителей через другой вход. Предложение встретиться с заместителем председателя крайисполкома М.С. Андреевым верующие отклонили, а в конце рабочего дня прошли с пением религиозных гимнов по проспекту Ленина, главной улице Барнаула. В итоге, в понедельник, 29 ноября 1965 г., председатель крайисполкома Кальченко был вынужден лично принять около 100 баптистов в присутствии прокурора и заведующего краевым отделом народного образования.

Реакция властей Алтайского края на публичную акцию «инициативников», немыслимую в предыдущие годы, является весьма показательной. Хотя верующим было «разъяснено и указано на факты неправильного их поведения в крайисполкоме», а также им пригрозили уголовной ответственностью за нарушение общественного порядка и советских законов о культах, главный вывод из инцидента был сделан следующий: «Крайисполкомом и его органами на местах принимаются меры к устранению недостатков и неоправданных мер воздействия к верующим, о сосредоточении основного внимания в борьбе с религиозными верованиями людей на идеологических формах работы, недопущения в отношении верующих грубого администрирования и оскорблений их религиозных чувств, усиления контроля за выполнением советского законодательства о культах со стороны горрайисполкомов»[991].

Что же касается партийно-государственного руководства СССР, то оно к концу 1965 г. четко обозначило границы либерализации «церковной» политики. 31 декабря 1965 г. заместитель заведующего отделом агитации и пропаганды ЦК КПСС А.Н. Яковлев и заместитель заведующего отделом административных органов ЦК КПСС Н.И. Савинкин направили секретарям ЦК КПСС проект постановления «Об упорядочении законодательства о религиозных культах» и сопроводительную записку. В этой записке будущий «архитектор перестройки» и его коллега-генерал безоговорочно встали на сторону КГБ и настоятельно рекомендовали принять новые законы об усилении административной и уголовной ответственности за нарушение законодательства о культах. Ими же были подготовлены соответствующие проекты постановления и двух указов Президиума Верховного Совета РСФСР. Что же касается предложений Пузина, то реакция на них была более чем прохладной. В частности, Яковлев и Савинкин рекомендовали «предложить краевым, областным исполкомам Советов депутатов трудящихся совместно с уполномоченными Совета по делам религий при Совете министров СССР положительно решить вопрос о регистрации объединений баптистов-раскольников и других религиозных течений, подлежащих регистрации в соответствии с действующим законодательством»[992]. Вырванная из комплекса мер, предложенных Пузиным, эта рекомендация едва ли могла стать эффективным инструментом разрешения конфликтной ситуации. Репрессивные методы выглядели для власти на этом фоне гораздо предпочтительней.

Постановление Президиума ЦК КПСС от 15 марта 1966 г