Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

Постановление Президиума ЦК КПСС от 15 марта 1966 г. «Об упорядочивании законодательства о религиозных культах» стало рубежным для брежневского поворота в церковно-государственной политике, установив четкие границы либерализации, дальше которых партия и государство заходить не намеривались[993]. В соответствии с постановлением, одобрялись проекты указов Президиума Верховного Совета РСФСР «Об административной ответственности за нарушение законодательства о религиозных культах», «О внесении дополнений в статью 142 Уголовного кодекса РСФСР» и постановление Президиума Верховного Совета РСФСР «О применении статьи 142 Уголовного кодекса РСФСР». ЦК национальных коммунистических партий и Президиумам Верховных Советов союзных республик «рекомендовалось» внести соответствующие дополнения в административное и уголовное законодательство.

Исследователь истории русского протестантизма Т.К. Никольская увидела в указе Президиума Верховного Совета РСФСР «Об административной ответственности за нарушение законодательства о религиозных культах» от 18 марта 1966 г. «попытку разработать систему более мягких наказаний для религиозных активистов, совершающих незначительные нарушения законодательства о культах», учитывая «многочисленные случаи судебных злоупотреблений в отношении верующих»[994]. На самом деле речь шла не о смягчении, а об ужесточении законодательства и религиозной политики в целом. В соответствии с этим указом уклонение руководителей религиозных объединений от их регистрации в органах власти, нарушение установленных законодательством правил организации и проведения религиозных собраний, шествий и других культовых церемоний, а также организация специальных детских и юношеских собраний, трудовых, литературных и иных кружков и групп, не имеющих отношения к отправлению культа, теперь наказывались штрафом в размере до 50 рублей[995].

Что же касается указа о применении статьи 142 УК РСФСР («Нарушения законов от отделении церкви от государства и школы от церкви»), то до этого она предусматривала наказание в виде исправительных работ на срок до одного года или штрафа в размере до 50 рублей[996]. Теперь же в статью вводилось понятие рецидива: «…те же деяния, совершенные лицом, ранее судимым за нарушение законов об отделении церкви от государства и школы от церкви, а равно организационная деятельность, направленная к совершению этих деяний», каралась лишением свободы на срок до трех лет, что давало возможность на максимально длительный срок изолировать активистов «инициативного движения»[997].

Соответственно постановление Президиума Верховного Совета РСФСР «О применении статьи 142 Уголовного кодекса РСФСР» разъясняло, что теперь под нарушением закона об отделении церкви от государства и школы от церкви понимаются следующие действия: принудительное взимание сборов и обложений в пользу религиозных организаций и служителей культа, изготовление и массовое распространение обращений, писем, листовок и иных документов, призывающих к неисполнению советского законодательства о культах, организация и проведение религиозных собраний, шествий и других церемоний культа, нарушающих общественный порядок (под этот пункт в том числе подпадало проведение религиозных акций «под открытым небом без разрешения органов власти»), организация и систематическое проведение занятий по обучению несовершеннолетних религии, совершение обманных действий с целью возбуждения религиозных суеверий в массах населения, отказ гражданам в приеме на работу или в учебное заведение, увольнение с работы или исключение из учебного заведения, а также лишение граждан установленных законом льгот и преимуществ или иные существенные ограничения прав граждан в зависимости от их отношения к религии. Хотя последний пункт постановления касался осужденного партией «администрирования», общий смысл документа не вызывает сомнений – несмотря на то, что формулировки носили общий характер и баптисты-«инициативники» ни разу не упоминались конкретно, ужесточение законодательства было направлено на борьбу с религиозными диссидентами[998].

Показательно, что в УК РСФСР к этому времени имелась статья 227, которая широко использовалась в годы хрущевской антирелигиозной кампании для борьбы с «религиозниками» и которая предусматривала лишение свободы на срок до пяти лет за «посягательство на личность и права граждан под видом исполнения религиозных обрядов». Но поскольку именно с ее помощью осуществлялось хрущевское «администрирование» в борьбе с религией, то в новых условиях статья была признана не совсем пригодным инструментом, тем более что основной упор в статье 227 делался на причинении вреда здоровью граждан лицами и группами, для которых религия являлась «лишь прикрытием общественно-опасной деятельности»[999].