Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

«Теряя способность аналитического мышления, быстроту реакции, – отмечал в свою очередь Чазов состояние своего пациента в этот период, – Брежнев все чаще и чаще не выдерживал рабочих нагрузок, сложных ситуаций. Происходили срывы, которые скрывать было уже невозможно. Их пытались объяснять по-разному: нарушением мозгового кровообращения[1385], сердечными приступами, нередко им придавали политический оттенок»[1386]. Нервное перенапряжение Брежнева в конце ноября – начале декабря 1974 г. [встреча с секретарями крайкома и обкомов КПСС Дальнего Востока в Хабаровске (21.11), переговоры с Д. Фордом (23.11), посещение Улан-Батора (25–27.11) и поездка во Францию (4–7.12)] не могло не отразиться на его здоровье. Посещения генсеком врачей в спецполиклинике (28.11, 4.12, 8.12, 13.12, 15.12, 24.12) не привели к какому-либо заметному улучшению. С 26 декабря Брежнев снова в больнице, где он пробыл до 9 февраля 1975 г., встретив 1975 г. в больничной палате[1387].

Некоторые свидетельства, в первую очередь Е.И. Чазова, проливают свет на недуг генсека, проявившийся в поездке на Дальний Восток в ноябре 1974 г. По словам Чазова, еще в преддверии переговоров с Фордом, а именно по пути во Владивосток, «Брежнев нервничал, был напряжен, злился на окружающих. <…> Тяжелейший срыв произошел в поезде, когда, проводив американскую делегацию, Брежнев поехал в Монголию с официальным визитом». Чазов позвонил по спецсвязи Андропову, заявив ему, что «скрывать состояние Брежнева будет трудно, учитывая, что впервые не врачи и охрана, а вся делегация, находившаяся в поезде, видела Брежнева в невменяемом, астеническом состоянии»[1388].

Подтверждает данную информацию и его личный телохранитель Медведев: «В поезде [у Брежнева] произошло нарушение мозгового кровообращения, Брежнев впал в невменяемое состояние. Видели его в таком виде охрана и врачи, а узнала о случившемся – вся советская делегация»[1389]. Врачам, по словам Чазова, «удалось компенсировать нарушенные функции [у генсека] в связи с астенией и депрессией», что позволило продолжить его поездку в Монголию, однако не остановило течение болезни. Многие соратники Брежнева считали конец ноября 1974 г. не просто началом «динамического нарушения мозгового кровообращения», а началом политической смерти Брежнева как самостоятельного политика.

По воспоминаниям бывшего президента Франции Валери Жискара д’Эстена, во время визита Брежнева во Францию (4–7 декабря 1974 г.) тот дважды пытался перенести время переговоров, ссылаясь на усталость. Жискар д’Эстен, по всей видимости, совершенно не догадывался о каких-либо недугах генсека, т. к. перенос «встречи в верхах» он расценил как знак неуважения к себе. Французский президент так описал свою первую встречу с Брежневым в замке Рамбуйе: «Брежнев движется мне навстречу. Он ступает нерешительно и нетвердо, словно на каждом шагу уточняет направление движения»[1390].

Выступление Л.И. Брежнева на XVII съезде ВЛКСМ

23 апреля 1974

Фотограф Г. Копосов

[РГАКФД]

7 декабря 1974 г. руководство ТАСС отправило А.М. Александрову-Агентову докладную записку под заголовком «Измышления западной печати». В ней, в частности отмечалось, что «некоторые информационные агентства и газеты ряда западных стран утверждают, будто бы Л.И. Брежнев в ходе визита во Францию проявляет признаки утомления и что состояние его здоровья “вызывает беспокойство”. В этой связи газеты и агентства высказывают предположения, что Л.И. Брежнев якобы может в скором времени “уйти в отставку”». Подобные утверждения появились в декабре в английских газетах «Таймс», «Гардиан», «Дейли экспресс», «Дейли телеграф», французских «Монд» и «Орор», японской «Санкэй симбун», в передачах ЮПИ, АФП и др. Так, к примеру, в «Дейли телеграф» отмечалось, что состояние здоровья Брежнева «не отвечает темпам дипломатии на высшем уровне», а в «Санкэй симбун» дискутировались слухи об уходе генсека «со своего поста осенью будущего года» и т. д. В записке также указывалось, что генеральный директор ТАСС Л.М. Замятин опроверг подобные домыслы, опубликовав опровержения в газетах и информационных агентствах, назвав «все это – абсолютной чепухой»[1391].

Зубы, курение и бессонница