Леонид Брежнев. Опыт политической биографии

Публичная подготовка и обсуждение докладов Брежнева превратились для «речевиков», численность и специализация которых постоянно росла, в повседневную рутину, о чем свидетельствуют записи секретарей приемной Брежнева: «2 июня 1970 г.: С 14:50 до 16:15 проводил читку доклада. Принимали участие т.т. Цуканов Г.Э., Арбатов Г.А., Самотейкин Е.М., Бовин А.Е., Черняев А.С.»; «17 августа 1970: В 10:30 Л.И. с группой т.т. в составе Громыко А.А., Александрова А.М., Блатова А.И., Фали-на В.М., Бовина А.Е., Загладина В.В. и Ковалева А.Г. работали над проектом выступления на совещании руководителей стран Варшавского Договора. Работа продолжалась до 14:00»; «4 декабря 1970: С 12–15:00 Л.И. работал над докладом на предстоящем Пленуме ЦК КПСС. В работе над докладом принимали участие т.т. Цуканов Г.Э., Арбатов Г.А., Бовин А.Е.»; «5 февраля 1971: С 10–15:00 в зале заседаний Секретариата состоялась читка разделов проекта доклада XXIV съезду КПСС. В работе принимал участие Л.И., а также рабочая группа в составе 22 чел. т.т. Александров А.М., Самотейкин Е.М., Бовин А.Е., Загладин В.В. и др.»[224]. Несмотря на плотный график Брежнева, подобные читки и обсуждения проводились иногда по несколько раз в неделю. Так, в читке и обсуждении доклада XXIV съезду КПСС (понедельник, 15 марта 1971 г.) принимали участие секретари ЦК КПСС Капитонов, Демичев, Пономарев, помощники Брежнева – Цуканов, Александров-Агентов, Голиков и собственно «речевики» – Арбатов, Иноземцев и Бовин. Через три дня, в четверг, 18 марта 1971 г., Брежнев собрал эту же команду для очередной «читки»[225].

Публичные «громкие читки» являлись одним из главных ритуалов в ходе подготовки речей для Брежнева. Ответственные за отдельные разделы доклада спичрайтеры зачитывали подготовленный текст, а Брежнев по мере чтения вносил в него необходимые корректуры. Как правило, подобные презентации доклада проводились в Завидове, реже в Кремле. Черняев, участвовавший в подготовке текста для выступления генсека в Туле, так описал этот процесс в своем дневнике 15 января 1977 г.: «В понедельник Брежнев позвал к себе в Кремль – на первое чтение. Громкая читка – возобновленная привилегия Бовина. На первых же страницах, где говорилось о защите Тулы в 1941 г., Генеральный расплакался. <…> По существу ничего не добавил. <…> На втором чтении текста мне пришло в голову такое сравнение: так же, как в свое время одевали царя для появления перед народом, мы сейчас “одеваем” Брежнева текстом речи <…> Для второго чтения мы сделали ударные места – для аплодисментов <…>. Некоторые из них Брежнев перечитывал вслух, громко – так, как собирался произнести в Туле. И оглядывал нас, спрашивая: “Ударно получается? Да, я думаю, получается. Будут хлопать”» [226].

«Ударные места», за которыми обязательно следовали «бурные аплодисменты зала», были очень важны для Брежнева. «Руководителю нужен авторитет, помогайте», – указывал он своим близким соратникам по партии. По словам члена Политбюро К.Т. Мазурова, Н.В. Подгорный в беседе с ним рассказывал, что Брежнев просил его «в нужных местах речи Генсека <…> вставать и поднимать таким образом зал, чтобы [он] аплодировал в нужных местах». Сам Брежнев так написал об «ударных местах» в своих рабочих записях: «Завидово 5ое Декабря 1977 г. Понедельник Работал с Цукановым – Арбатовым Бовиным Иноземцевым Н.Н. над проектами своих выступлений на Политбюро и Пленуме ЦК по плану на 1978 год – нужны поправки (шлифовка надо избавится от повторений – обратить места – мне кажется почти нет ударных мест. Доверительно – дал тексты Суслову М.А. Андропову – Пельше Кулакову Устинову – Тихонову»[227].

Подготовка речей Брежнева была поставлена на «конвейер», что предполагало разделение труда. Черновой работой – подборкой материалов – занимались сотрудники аппарата ЦК КПСС, министерств и академических институтов, так называемые консультанты. В результате появилась группа «речевиков» «второго ранга». Как вспоминал Георгий Смирнов, работник ЦК КПСС, «в сентябре 1966 года в Отделе пропаганды решением ЦК была создана группа консультантов, на которую, по аналогии с такими же группами международных отделов, и были возложены задачи подготовки политических и теоретических документов. Руководителем группы был утвержден я. Главные требования, которые предъявлялись к кандидатам в консультанты, – всесторонняя эрудиция, способность творчески мыслить и грамотно, в меру живо и ясно излагать мысли на бумаге. В нашей группе в разное время работали хорошо теоретически подготовленные и способные в литературном отношении люди, ставшие затем известными политическими деятелями и журналистами»[228].