Мы имеем право быть разными и жить разную жизнь. Допустим, для меня изменять плохо, а он считает это нормальным. Я думаю, мы должны быть вместе, а ему и без меня хорошо. Я считаю наши отношения идеальными, а ему кажется, что это даже не отношения были. Мне хочется семью, но он готов только встречаться раз в месяц. Я хочу, чтобы меня обнимали перед сном, ему нравится спать раздельно. Я ценю чистоту дома, он может только постоянно мусорить. Он любит смотреть в футбол, а мне нравится ходить на танцы. Он рано встает, а я предпочитаю спать до обеда. Мы два отдельных человека, у нас все разное, и это прекрасно.
Если другой человек меня поглотил или мы слились, значит, про себя я мало что знала. Или знала, но все это отодвинула и стала жить чужой жизнью. А если поглощаю я, значит, внутри было место, куда встал этот человек. Без него снова будет пустота.
Когда внутри человека нет стержня, а личные границы размыты, то ему для нормального существования нужны другие. Невозможно жить с пустотой, ее нужно чем-то заполнять, а чем, непонятно. Такой человек не понимает, что ему нравится, не догадывается, что он умеет, и не задумывается, чего хочет.
Судя по всему, я решила следующие лет 20 посвятить этой безответной любви. Возможно, казалось, что я бессмертна, поэтому ничего страшного не произойдет, если несколько лет потрачу на страдания из-за скоротечного романа. Как там говорится, мое тело – мое дело?
Ничего не могла сделать с собой, металась от торга к гневу по бесконечному кругу. Вместо того чтобы заполнить пустоту внутри себя, пыталась засунуть туда другого человека, который, естественно, сопротивлялся и спасался бегством. Я находилась в слиянии по типу поглощение. Он был моей правой рукой, которая абсолютно случайно, по странному недоразумению, пошла гулять без меня. Именно поэтому вопрос возвращения бывшего был принципиален, мне не хотелось жить без руки. Я была уверена, что могу управлять им точно так же, как и своими пальцами, которые сейчас печатают этот текст. Чувствовала себя выше, важнее и главнее его, поэтому держала себя в руках: не писала, не звонила, не умоляла, а просто верила в чудо. Действовала как трехлетний ребенок, который обиделся на родителей за то, что они не купили игрушку. Затаилась в углу, надула губки и ждала, когда мама сама принесет куклу, которую хочу. Но если с мамой такая стратегия поведения всегда срабатывала (все-таки когда-то мы были одним человеком), то с абсолютно посторонним и малознакомым мужчиной не вышло.
Манипуляции игнором вызывают у жертвы страх и чувство вины: «Я сделал что-то не так, сейчас потеряю человека, поэтому нужно срочно делать то, что от меня хотят». В моем же случае, скорее всего, он, наоборот, обрадовался, что наконец-то его перестали поглощать, навязывать чужую ответственность и оставили в покое. Соответственно, у меня случился двойной стресс. Во-первых, стало понятно, что я ему действительно не нужна, а во-вторых, оказалось, что не могу ничего изменить. Ситуация одна, но травмирующих фактов после бестолковой манипуляции теперь уже стало два.
Почему не сработал прием? Почему он никак не отреагировал на молчание? Все проще простого:
Если бы я была идеальным человеком и жила в идеальном мире, то на этом этапе забыла про несостоявшуюся влюбленность и ограничилась минимальными психологическими травмами. Но такой вариант развития событий на тот момент не существовал в моей картине мира, поэтому я продолжила издеваться и проверять себя на прочность.
Казалось, что после стольких досадных неудач я наконец-то вымолила у несправедливой судьбы настоящую зрелую любовь, в кои-то веки посчастливилось найти достойного человека и создать с ним отношения.