Любовные страсти старого Петербурга. Скандальные романы, сердечные драмы, тайные венчания и роковые вдовы

Кому не знакомы детские стихи замечательного поэта Самуила Яковлевича Маршака? Они поистине вечные: «Вместо валенок перчатки натянул себе на пятки…»; «Дама сдавала в багаж…». А ведь к детской литературе он пришел не сразу. Печататься начал в 1907 г., когда ему было 20 лет, опубликовав сборник «Сиониды», посвященный еврейской теме. В 1911 г. писатель отправился в путешествие по Ближнему Востоку, и там произошло счастливое событие: он познакомился со своей будущей женой – Софьей Михайловной Мильвидской.

Самуил Яковлевич и Софья Михайловна прожили вместе почти 42 года, пережили немало радости и горя, но никогда не теряли жизненной стойкости. Лучше всего облик Софьи Михайловны передается стихотворением, которое Самуил Яковлевич написал после того, как она скончалась от тяжелой болезни 24 сентября 1953 г.: «Порою печальна, подчас безутешна, / Была ты чужда суеты / И двигалась стройно, неслышно, неспешно, / Как строгие эти цветы»…

С. Маршак и С. Мильвидская незадолго до свадьбы

В 1911 г. Маршак отправляется в свое первое заграничное путешествие, на Ближний Восток, вместе со своим другом поэтом и переводчиком Яковом Годиным. Из Одессы они отплыли на корабле, направляясь в страны Восточного Средиземноморья – Турцию, Грецию, Сирию и Палестину. Маршак поехал туда корреспондентом петербургской «Всеобщей газеты» и «Синего журнала». Под влиянием увиденного он создал цикл стихов под общим названием «Палестина» и некоторое время жил в Иерусалиме.

Оттуда он привез много впечатлений, стихи и красавицу-жену Софью Михайловну Мильвидскую, с которой он познакомился на корабле. Оба – и Самуил Маршак, и Яков Годин – были увлечены Софьей. На журнальном оттиске со стихотворением «Година» рукой было подписано: «Очень хорошей, славной, милой, прекрасной спутнице – Яков Годин. Эгейское море, 8 июня 1911 г.», а Маршак адресовал ей такую запись: «Вы M-elle – воплощение всего, что сейчас было названо… Я думаю, что Ваша юность и Ваше сердце взволнованы…».

Сохранилось несколько писем С.Я. Маршака к Софье Михайловне, посланных после ее отъезда в Россию, когда она уже стала его невестой. В этих письмах есть такие строки: «…Если наши отношения не будут безукоризненно светлы и прекрасны, значит, мы сами настолько плохи, что никуда не годимся. Значит, ничего хорошего от нас ждать нельзя. Ибо данные все есть. Любим мы друг друга сильно. Оба мы правдивы. Оба очень молоды и, не убегая от жизни, хотим узнать ее всю, учимся у нее. Оба свободны и так сильны духовно, что можем быть одиноки. Одиноки, даже будучи вместе, вдвоем. Ведь не всегда люди близкие открыты друг для друга. Это бывает только минутами. Это большое счастье, когда так бывает. А главное: ценить друг друга и видеть другого не в мелочах, а в целом.

С.М. Маршак

Но увидим, увидим. Я надеюсь на себя, на свою волю, которая окрепнет в первые же минуты свободного и разумного существования, надеюсь на вкус и такт и мою любовь к тебе. И жизнь – она ведь великая учительница…

P. S. Никому не говори, что… Для всех посторонних я всегда самый счастливый и веселый человек».

До встречи с Самуилом Маршаком София Михайловна с 1908 г. училась на химическом факультете Петербургских женских политехнических курсов, а перед этим окончила в 1907 г. женскую гимназию в Ковно (ныне – Каунас в Литве). Согласно аттестату, практически по всем предметам ее оценки были «отличные», «очень хорошие» и «весьма хорошие» при отличном поведении.

«Сверх того, она обучалась пению и танцеванию». И далее: «На основании… Устава училищ для приходящих девиц, имеет право, не подвергаясь особому испытанию, получить свидетельство на звание домашней учительницы тех предметов, в коих оказала хорошие успехи».

Берта Бабина, в ту пору студентка-революционерка, вспоминала: «София Михайловна сразу покорила мое сердце необыкновенной редкой красотой. Передо мной была библейская девушка с картины кого-либо из старинных художников: чистый овал нежного смуглого лица, большие темно-серые глаза с длинными ресницами, густые темные волосы и удивительная тихая грация всего ее юного существа».

С. Мильвидская во время путешествия в Палестину. 1911 г.

«…Верь мне всегда, – писал Маршак Софье вскоре после знакомства. – Пусть у тебя не будет недоверчивости и, не дай Бог, подозрений. Жизнь не без облаков, не без туманов. Но какие бы ни были облака или туманы, даже самые страшные, – ты будешь свято верить, что наше солнце все-таки выглянет.

Молод я, во многом – что касается меня самого – не разобрался, но одну черту я подлинно открыл в себе: это – верность близкому человеку. Но и на какие-то падения я иногда способен. Но мы много, часто говорили с тобой об этом. Может быть, я даже клевещу на себя… я только хочу, чтобы наши глубокие-глубокие отношения не зависели от случайностей, от чего-то, что иногда вне нас.