Любовные страсти старого Петербурга. Скандальные романы, сердечные драмы, тайные венчания и роковые вдовы

А. Грин. Фото нач. ХХ в.

Гриневского приговорили к исключению со службы с лишением воинского звания, прав состояния и к ссылке на поселение, однако оставили под стражей как содержащегося еще и по другому делу. Но случилось то, о чем молодой Грин мечтал: в стране заполыхала революция. В октябре 1905 г. его освободили по амнистии, и он снова включился в революционную деятельность.

В декабре 1905 г. Гриневский приехал в Петербург, затем перешел на нелегальное положение и жил по паспорту на имя мещанина Гродненской губернии Николая Мальцева. Однако тучи сгущались: в начале января 1906 г. молодого «нелегала» арестовали во время ликвидации боевого летучего отряда социалистов-революционеров. Его сначала отправили в пересыльную, а затем в петербургскую одиночную тюрьму.

Там, в пересыльной тюрьме, и произошла его первая встреча с Верой Абрамовой, помогавшей политзаключенным через Красный Крест. Молодая девушка из весьма обеспеченной, добропорядочной семьи была дочерью чиновника Государственного контроля. Вера Павловна (как тут не вспомнить знаменитый роман Чернышевского «Что делать?») окончила с золотой медалью Литейную гимназию, затем Бестужевские курсы, преподавала в Смоленских классах для рабочих, в Никольском женском училище, в гимназии. Она – из той категории девушек, которые воспитывались на идеях «свободы, равенства и братства», верили им беззаветно.

В. Абрамова

«Кроме обычных обязанностей, – вспоминала впоследствии Вера Павловна, – у меня была еще одна: я должна была называть себя „невестой“ тех заключенных, у которых не было ни родных, ни знакомых в Петербурге. Это давало мне право ходить на свидания, поддерживать их, исполнять поручения».

Однако с Гриневским все вышло за рамки «игры»… Не прошло и двух недель после того, как по приговору суда в марте 1906 г. Гриневского отправили в ссылку в далекую Тобольскую губернию на четыре года, как Вере Павловне вручили письмо, в котором написана одна-единственная фраза: «Я хочу, чтобы вы стали для меня всем: матерью, сестрой и женой». Обратного адреса не было…

В конце весны 1906 г. семья Абрамовых переехала на дачу. «Оттуда я часто ездила в Петербург по делам „Креста“, в библиотеку и по поручению домашних, – вспоминала Вера Павловна. – Как-то в жаркий день, набегавшись по городу, я поднималась по всегда безлюдной нашей парадной; завернув на последний марш, я с изумлением увидела: на площадке четвертого этажа, у самых наших дверей, сидит Гриневский. Худой, очень загорелый и веселый… Паспорт у него фальшивый, нет ни денег, ни знакомств, ни заработка. Выходило, что одна из причин рискованного бегства – я…». Изменив фабулу, Грин изложил эти события в рассказе «Сто верст по реке», написанном в 1912 г.

Отец Веры Павловны был категорически против отношений своей дочери и беглого революционера.

«Отца своего, человека большого и оригинального ума, я всегда любила и высоко уважала, – вспоминала впоследствии Вера Павловна. – Будучи чиновником, он работал много: и днем, на службе, и вечером – дома. Получал чины, ордена, звезды. И при этом был, как тогда говорили, – „крайним левым“, то есть республиканцем и социалистом по убеждениям. Именно он сделал и меня „левой“…

Осенью 1906 года наша семья вернулась с дачи в город. Тут я сказала отцу, что у меня есть жених и что я хочу познакомить их друг с другом. В назначенный день пришел Александр Степанович, и я ввела его к отцу и кабинет. Отец велел мне уйти и проговорил с Александром Степановичем наедине минут двадцать. Гриневский вышел от отца смущенный и вскоре совсем ушел. Отец же позвал меня к себе и строго сказал:

– Что это ты выдумала? Связаться с беспаспортным, человеком без образования и без определенных занятий? Выкинь эту дурь из головы!».

Тогда молодые стали встречаться тайком.

«Летом 1907 года отец снял дачу в Озерках, на первом от Петербурга озере, – вспоминала Вера Павловна. – У нас была купальня и лодка. На дачу Александр Степанович никогда не приходил, но мы встречались так: я переезжала на лодке на другой берег озера, там меня ждал Александр Степанович. Он садился на весла, и мы катались. Однажды во время катания он с увлечением декламировал мне стихи А. Блока „По вечерам, над ресторанами…“».

Осенью 1907 г. Александр Грин и Вера Абрамова начали совместную жизнь. Отец девушки был против, он заявил, «что она опозорила его, и теперь она отрезанный ломоть и не получит от него ни копейки».

«Жизнь с Александром Степановичем показалась мне сначала идиллией, но она быстро кончилась, – вспоминала потом Вера Павловна. – Александр Степанович за год своего пребывания в Петербурге сошелся с литературной богемой. Это делало нашу жизнь трудной и постоянно выбивало из бюджета. Я была бесхозяйственна и непрактична, а Александр Степанович всякую попытку к экономии называл мещанством и сердито ей сопротивлялся. Жизнь наша слагалась из таких эпизодов: получка, отдача долгов, выкуп заложенных вещей и покупка самого необходимого».