Любовные страсти старого Петербурга. Скандальные романы, сердечные драмы, тайные венчания и роковые вдовы

«Дуэль началась и кончилась в минуту, если не скорее, – с иронией вспоминал Шаляпин. – Ударив раза два рапирами одна о другую, мы, не долго думая, всадили их кому куда нравилось: противник в лоб мне, а я ему в плечо… Так как мы условились драться не на смерть, а до первой крови, секунданты признали дуэль конченой и начали перевязывать наши раны, причем один из них для этой цели великодушно оторвал штрипки от своих подштанников».

Вообще, по признанию будущего певца, все то, что было известно ему тогда в области отношений полов, казалось разноречивым до непримиримости. Все вроде бы искали любви, но невесты почему-то всегда плакали, а мужчины рассказывали друг другу о любви грубо, насмешливо да еще и посещали публичные дома.

«Мне было ясно, что в обыденной жизни женщина – домашнее животное, тем более ценное, чем терпеливее оно работает, – вспоминал певец. – Но в то же время я видел, что женщина всюду вносит с собою праздник и что жизнь при ней становится красивее, чище…».

Первой женщиной Шаляпина стала, по его собственному признанию, очень красивая дочь прачки. Девушка была душевнобольной: она тронулась рассудком после того, как ее бросил любовник-офицер. Юному Шаляпину пришла в голову шальная мысль: «А что, если я заменю офицера? Может быть, эта красавица-девица выздоровеет?». Девица не сопротивлялась напору 13-летнего юноши, но никаких чувств не проявила: «Когда я пришел в себя, то ясно увидел, что глаза ее смотрят в потолок так же мертво, как всегда».

Впереди было много романов. Например, с опереточной актрисой Таней Репниковой, шатенкой с чудными синими глазами и очень красивым овалом лица. «Я был неравнодушен к ней, но не только не смел ей сказать об этом, а даже боялся, чтоб она не заметила моих нежных чувств. Она же относилась ко мне ласково и просто, как старшая сестра», – вспоминал певец.

Потом роман с Ольгой, учившейся в Петербургской консерватории. «Я любил ее больше, чем она меня, – рассказывал Шаляпин. – Я чувствовал, что что-то мешает отнестись ко мне так беззаветно, как я относился к ней». Препятствием оказалась мать девицы, которой не нравились отношения молодых. Однажды она даже спряталась за шкафом и подслушивала разговор дочери с Шаляпиным, который в ту пору был уже начинающим артистом. Певец говорил о своих планах поступить на сцену.

Мать выдала себя и, поняв, что раскрыта, стала колотить и Шаляпина, и дочь стулом. Потом Ольга помирилась с ней, и Шаляпин даже снова стал бывать у них дома. «Но юношеский романтизм мой заволокло серое облако каких-то сомнений и подозрений», – признавался артист.

Шаляпин был женат дважды. Со своей первой женой, итальянской балериной Иолой Ло-Прести, выступавшей под девичьей фамилией своей матери – Торнаги, он познакомился в Нижнем Новгороде. Торнаги и Шаляпин ровесники – оба родились в 1873 г. Иола окончила балетную школу в миланском театре «Ла Скала», выступала на его сцене, много гастролировала в городах Италии, во Франции и Америке.

В 1896 г., в самый момент расцвета творческой карьеры, Иолу Торнаги пригласили в Россию, в частную оперу известного мецената и ценителя искусства Саввы Мамонтова, где она и познакомилась с Шаляпиным. Он стал проявлять знаки внимания к балерине, однако та оставалась холодна к нему. Певец совсем не говорил по-итальянски; она же не понимала ни слова по-русски.

После успешной премьеры в Нижнем Иола заболела. Узнав об этом, Шаляпин пришел к приме домой с кастрюлей куриного бульона и вином. «Она рассказывала мне о своей прекрасной родине, о солнце и цветах. Конечно, я скорее чувствовал смысл ее речей, не понимая языка», – вспоминал певец. Однажды Торнаги пришла на генеральную репетицию оперы «Евгений Онегин». В роли мужа Татьяны был Шаляпин, но когда он запел арию «Любви все возрасты покорны», все присутствующие дружно засмеялись. «Поздравляю, Иолочка! – сказал балерине Савва Мамонтов, свободно владевший итальянским. – Федя только что признался вам в любви!». Оказывается, он сымпровизировал: вместо привычного текста спел: «Онегин, я клянусь на шпаге: / Безумно я люблю Торнаги!».

Ф. Шаляпин и И. Торнаги

Весной 1897 г. Шаляпин осуществил свою давно желанную мечту – впервые поехал за границу. В Париже у певца случился странный роман. У профессорши, где он жил, училась пению молодая пианистка, очень милая барышня. Она аккомпанировала Шаляпину, потом певец научил ее кататься на велосипеде. Понимали они друг друга плохо (Шаляпин не говорил по-французски, а она по-русски), объяснялись междометиями и жестами.

«Накануне отъезда в Россию я ушел на свой чердак рано, чтобы пораньше проснуться, – вспоминал Шаляпин. – И вдруг на рассвете я почувствовал сквозь сон, что меня кто-то целует, – открыл глаза и увидал эту милую барышню… Я никогда больше не встречал ее и уехал из Франции под странным впечатлением, и радостным, и грустным…».

И. Торнаги с детьми. 1910 г.