Ложные приговоры, неожиданные оправдания и другие игры в справедливость

Слово «игра» повисло в воздухе. Потому что именно к ней состязательный процесс, по сути, и сводится. Он не стремится беспристрастно рассмотреть все имеющиеся доказательства. Он не предлагает спокойно изложить различные интерпретации собранных фактов. Полиция, движимая приоритетной для политиков задачей добиться осуждения, проводит расследование самостоятельно, по собственному усмотрению. Они передают все, что обнаружили, прокуратуре, которая выбирает доказательства, указывающие на вину подсудимого. Защита пытается добиться исключения части этих доказательств из рассмотрения, добавляет свои собственные, такие же необъективные, одновременно закидывая поле боя дымовыми шашками в надежде, что часть из них попадет по свидетелям обвинения, ну или хотя бы отвлечет внимание присяжных. Которым, давайте не будем забывать, мы не можем доверить все имеющиеся в распоряжении факты, так как те могут неправильно их применить или чрезмерно отвлечься на несущественную информацию.

Сложно понять, каким именно образом в данных условиях можно ожидать, что всплывет правда. Особенно если сравнивать с альтернативной европейской моделью правосудия – следственным судопроизводством. Которая, какой бы конкретный вариант такой системы вы бы ни рассматривали, неизменно делает упор на беспристрастный поиск объективной истины.

Существует много разных следственных систем правосудия, однако имеет смысл пройтись по основным общим ее чертам. Суть в следующем: вместо того чтобы наделить две состязающиеся стороны средствами представления своих собственных пристрастных доказательств перед независимыми лицами, ответственными за установление фактов, все эти роли закрепляются за государством.

Как правило, все расследования по уголовным делам проводятся уголовной полицией под контролем государственного органа обвинения, который и принимает решение, доводить ли дело до суда. Доказательства против обвиняемого и в его пользу собираются беспристрастным и объективным образом, а ход расследования, равно как и его результаты, фиксируется в отдельном документе, именуемом досье. Задача государственного обвинителя не в том, чтобы добиться осуждения обвиняемого, а в том, чтобы искать и находить истину – в отличие от Королевской уголовной прокуратуры, находящейся под постоянным политическим давлением, требующим предоставить приемлемый, пускай так никем и не определенный уровень обвинительных приговоров. В некоторых странах обвинителя заменяет следователь-магистрат, который берет на себя ответственность за проведение расследования. Свидетелей опрашивают, а их показания записываются на стадии расследования, и все полученные доказательства помещаются в досье.

Защита имеет право изучить досье перед судом и заявить о необходимости любых дальнейших следственных действий, которые, по ее мнению, должны быть проведены. Когда обвинитель или следователь-магистрат решат, что расследование проведено в полном объеме, полное досье, содержащее все полученные доказательства, представляется на рассмотрение суду. Как правило, рассмотрением дела занимается один судья или присяжные совместно с профессиональными судьями.