Если причина частой самостимуляции заключается в том, что ребенку просто скучно, мы можем отвлечь его разными играми. Но не нужно зацикливаться на этом, просто воспринимай это как еще один этап его взросления. Если он занимается мастурбацией перед сном, прояви терпение и понимание: просто прикрой дверь в спальню и оставь его в покое.
Всегда, когда у тебя возникают какие-то сомнения. Для этого мы и есть. В очень редких случаях такое поведение может быть связано с переживанием сильного стресса, который необходимо вовремя идентифицировать.
Подводим итог, мастурбация в детском возрасте встречается относительно часто. Хотя как родители мы можем чувствовать себя стесненно и неловко, мы должны воспринимать это как нормальный этап развития нашего ребенка. Мы не должны его ни в коем случае наказывать, запугивать или подавлять, а просто объяснить, где и когда этого лучше не делать.
Расскажу вот такой анекдот из практики. Несколько лет назад ко мне на консультацию пришли обеспокоенные родители, потому что у их дочки, которой было всего десять месяцев, случались неконтролируемые приступы гнева, когда ее поднимали с детского стульчика.
– Девочка прекрасно ест, – с некоторым огорчением говорила мне мать. – На самом деле она не перестает ерзать во время еды, но при этом улыбается и не дерется. Более того, когда мы сажаем ее на стульчик для кормления, для нас это самый спокойный момент, чтобы она нам не докучала и мы тоже могли спокойно поесть. Она начинает раскачиваться туда-сюда, и видно, что ей это доставляет удовольствие.
– Доставляет удовольствие? – переспросила я мать.
– Да-да. Она просто счастлива, сидя на своем стульчике. Но что нас больше всего настораживает, так это то, что, как только мы берем ее, чтобы снять с детского стульчика, она с силой хватается за перекладину и начинает кричать и плакать, как будто не хочет, чтобы мы ее оттуда вытаскивали. Мы уже не знаем, что и подумать.
Внимательно выслушав этот рассказ, я спросила ее прямо в лоб:
– А у стульчика для кормления случайно нет центральной вертикальной перекладины, которая разделяет ножки ребенка?
– Да, есть. Там деревянная планка по центру, так что получается по одной ножке с каждой стороны.
– Что ж… – сказала я с широкой улыбкой. – Боюсь, что в этом и заключается причина ее гнева. Ей просто нравится эта перекладина.
Женщина с недоверием и недоумением посмотрела на своего мужа. Отец девочки улыбнулся и стал утвердительно качать головой.
– Вы это сейчас серьезно? Или это – шутка? – спросила меня мать, которая никак не могла поверить моим словам.
– Совершенно серьезно. Но успокойтесь, это нормально. Это совершенно обычное дело.
Отец тут же привнес в разговор нотку юмора, которая помогла разрядить обстановку.
– Ну если она ведет себя так в десять месяцев, что же будет, когда ей исполнится тринадцать лет. Даже не знаю, как я буду с этим справляться!
Не знаю, останусь ли я по-прежнему педиатром этой девочки, когда ей исполнится тринадцать лет. В любом случае, уж точно не я буду ее расспрашивать, продолжает ли она этим заниматься.
«Я бы обменял все свои технологии на одну встречу с Сократом».
В эти выходные мы выбрались вместе с семьей пообедать. Мы забронировали столик на четверых в одном из ресторанов, который мы особенно любим еще и за то, что там обычно не так много людей, и это позволяет нам насладиться едой без шума и криков. Мою младшую дочь, похоже, это не сильно беспокоит, а вот мы со старшим сыном определенно страдаем от этого, поскольку у нас очень острый слух и мы предпочитаем тишину.
Когда мы уже собирались приступить к еде, внезапно зазвучала настолько громкая музыка, словно собрался вместе сразу целый цирк клоунов, подвыпивший Дораэмон[9] и Даша-путешественница[10], решившие отпраздновать свои холостяцкие вечеринки. Я незаметно обернулась (мой сын даже не думал скрывать свое явное недовольство…) и увидела мальчика, которому не было еще и года и который сидел на своем стульчике в окружении что-то оживленно обсуждавшей семьи. Пока они ели и смеялись, он держал в своих ручках мобильный телефон. Его застывший, отсутствующий и лишенный каких-либо эмоций взгляд, прикованный к экрану, мерцающему в бешеном темпе, сразил меня, словно пуля, попавшая прямо в сердце. Музыка из этого телефона звучала настолько громко, что мы даже не слышали друг друга.