Казалось, эту семью вообще не волновало, что, во-первых, их ребенок не принимал никакого участия в происходящем за столом, во-вторых, что он не съел ни одной ложки из того, что ели остальные, и, в-третьих, что этот грохот мог мешать остальным людям, находящимся в ресторане. Более того, был момент, когда мои дети начали играть, щекоча друг друга, что вызвало любопытство малыша (к счастью, еще не все потеряно), который тут же задергал ножками на своем стульчике в невинной и чудесной попытке стать частью этой игры. Его отец, не стесняясь и не ленясь, тут же увеличил громкость видео и рявкнул: «Не приставай к чужим детям. Ты своими делами давай занимайся». Я не знала, плакать мне, смеяться или снимать это все на скрытую камеру. Но у меня настолько широко распахнулись глаза от удивления, что, кажется, с тех пор у меня на лбу появилась пара новых морщин. Боже, сгиньте с глаз моих!
Знает ли кто, что Американская педиатрическая ассоциация не рекомендует даже подводить к экрану детей моложе двух лет? К любому типу экранов, не говоря уже о новых технологиях. Детям старше двух лет не рекомендуется использовать какие-либо устройства (телевизоры, планшеты, телефоны и т. п.) более двух часов в день. Почему? Потому что появляется все больше и больше исследований и данных о негативном влиянии этой сенсорной бомбардировки на формирующийся мозг малышей.
Маленькие дети в раннем возрасте не нуждаются в такого рода сенсорных, слуховых и зрительных стимулах, учащенный ритм сменяющихся образов и звуков которых никогда не соответствует реальности. В течение первых нескольких лет детям крайне важно установить прочную и питательную эмоциональную связь со своими родителями и опекунами. Именно мама и папа являются тем мостиком, который соединяет реальный мир с собственной реальностью ребенка. Именно эмоции его родителей должны указывать ему тот путь, по которому он должен идти.
Как ты думаешь, что делает младенец, когда его укладывают на кушетку для осмотра? Я сознательно отмечаю это в каждом ребенке, которого приносят ко мне на консультацию. Первым делом ребенок, который еще со мной не знаком, ищет взглядом свою маму. И почему он это делает? Чтобы именно она стала ключиком к его эмоциям, заложила первый камешек в его строящийся эмоциональный интеллект. Если его мать улыбнется, погладит его по головке и шепнет: «Не пугайся, солнышко, Лусия о тебе позаботится», ребенок снова посмотрит на меня и улыбнется (это замечательно, и мне никогда не надоест переживать подобные радостные мгновения). Его мама выразила свое одобрение, и он воспринимает ситуацию как безопасную. Если же его мать, напротив, в этот момент смотрит в свой мобильный телефон или реагирует со страхом и недоверием, ребенок немедленно воспринимает эти эмоции как свои собственные и начинает плакать. Такого рода
Дети не распознают эмоции на экранах. Когда дети и подростки привыкают к ежедневному и беспричинному насилию, предлагаемому многими видеоиграми, мы рискуем, что они вырастут более холодными и невосприимчивыми к чужой боли, страданиям и печалям. Грустно, не так ли?
Но дело даже не только в этом. Научные исследования движутся вперед с той же скоростью, что и развитие технологий. Уже есть работы, которые убедительно доказывают связь между чрезмерным увлечением телевизором и видеоиграми и нарушением сна, высоким артериальным давлением, повышением риска развития сердечно-сосудистых заболеваний среди подростков, ожирением, ослаблением внимания, трудностями в обучении и снижением успеваемости.
А что ты скажешь о компьютерах в классах? Существуют не менее интересные исследования, в которых утверждается, что ребенок учится хуже, когда использует ноутбук вместо ручки и тетради, что именно моторика, которую задействует ребенок при письме, является ключом к обучению чтению. Теперь-то ты понимаешь, почему большинство топ-менеджеров
На сегодняшний день нет никаких научных доказательств, которые в достаточной мере подтверждали бы предполагаемые преимущества использования планшетов и ноутбуков в классах. Том Вандер Арк, бывший глава фонда Билла Гейтса, утверждает, что «имеющиеся данные очень скудны, и когда на нас оказывают давление, чтобы мы предоставили доказательства, это не такая простая задача. Либо мы должны активно выступить за, либо просто смолчать».