Читаем Магический мир. Введение в историю магического мышления полностью

Со всеми основополагающими темами магической экзистенциальной драмы находится в неразрывной связи тема силы. Наряду с выходом души за границы тела, сглазом и подражанием магическая сила – это институт, в котором находит свое выражение экзистенциальная драма «вот-бытия», подверженного риску небытия и обретающего спасение от этого риска. Также и здесь, если мы, современные люди, хотим открыться навстречу пониманию, нам следует остерегаться того, чтобы допустить в исследование наше понятие «моральной» силы как атрибута личности или «физической» силы как свойства вещей. В действительности как моральное, так и физическое понятие силы предполагает противопоставление присутствия миру, гарантированное и свободное от риска, в то время как для магического мира подобное противопоставление выступает не в качестве предпосылки, а еще и в качестве проблемы. Историческая драма магии, как было сказано, берет свое начало в полном тревоги опыте присутствия, которому не удается выстоять в столкновении с миром, а значит, опыте экстремальном и решающем, по отношению к которому все остальные формы опыта, связанные с человеческой жизнью, теряют свое значение и важность. Именно из этого вызывающего тревогу опыта рождаются первые, самые простые, магические представления, сигнализирующие о риске: прежде всего, представление о губительном влиянии, которому человек подвергается, какой-то чужеродной сущности, производящей над ним насилие, демонической силе, принуждающей «вот-бытие» отречься от самого себя. Присутствие, более не поддерживаемое в качестве такового, проявляет себя в форме напряжения, которое стремится разрядиться, ускользнуть. Вместе с тем распад «вот-бытия», представляемый и ощущаемый как губительная сила, уже свидетельствует о сопротивлении. В той мере, в какой «вот-бытие» сопротивляется, распад обнаруживает себя в качестве силы, коварной и вызывающей тревогу вредоносной сущности. Так магическая сила обретает новое значение и открывает еще один необходимый свой аспект: в момент спасения, когда присутствие спасает себя, оно выступает как сопротивление риску распада, как усилие по нейтрализации зла, как действенность защитных мер. Так, в приведенном выше случае с туриком, который привязывает свою душу к камням, имеющим форму крюка, сила, похищающая душу, побеждается силой этих крюкообразных камней, которые ее удерживают.

К основополагающему опыту положенного в напряжение присутствия, которое разрешается с опасностью для этого присутствия и которое поддерживается, отвоевывается, консолидируется, контролируется и направляется, присоединяются магические представления, относящиеся к собственному телу. Через отверстия в теле (ноздри, рот, уши и т. д.) сила человека может ускользнуть, через них же может проникнуть и какое-то вредоносное воздействие. Таким образом, угроза идентифицируется, и эта идентификация делает возможным спасение посредством компенсаторных и освобождающих верований и практик. Достаточно одного примера. Магическая скатофагия основывается на представлении и данном в опыте переживании акта дефекации как потери собственной силы и потребности в восстановлении целостности тела благодаря возвращению вырвавшейся наружу силы[276]. Вместе с тем магическое освобождение от экзистенциальной тревоги может происходить в не столь непосредственных формах, а именно посредством овладения этой силой, ее контролируемого увеличения и применения. Так вредоносная и опасная сила преобразуется в благодетельную, в орудие, которым человек может распоряжаться. Так называемые «украшения» на носу, на ушах, губах и т. д. на самом деле суть магические средства, которые, будучи расположены рядом с телесными отверстиями, предотвращают неконтролируемое проникновение или выход наружу силы, компенсируя тем самым экзистенциальную тревогу. Дыхание, выходящее из ноздрей, обладает «силой», это сила стремится наружу: приветствие поцелуем или прикосновением к кончику носа связано с необходимостью согласовать между собой или сопрячь силы, которые дыхание высвобождает. Овладеть силой дыхания, консолидировать ее, использовать и направлять – техники, широко распространенные в магическом мире: с помощью дыхания можно убивать, защищаться от зла, исцелять и изменять облик. Из данных в опыте представлений о дыхании как средстве от зла и в целом как о контролируемой и направляемой силе проистекает практика вырывания или деформации зубов, чтобы облегчить вдыхание и выдыхание воздуха[277].

Перейти на страницу:

Все книги серии История и наука Рунета. Страдающее Средневековье

Тело Папы
Тело Папы

Книга известного итальянского медиевиста Агостино Паравичини Бальяни представляет собой масштабный экскурс в историю папства – древнейшего духовного института Европы. Читателю предстоит познакомиться с ритуалами, сопровождавшими избрание и погребение великих понтификов, узнать, какие сакральные начала скрыты за их телесной оболочкой и как Курия толковала понятия бренности и вечности.В основе книги – рассуждения автора о сущности власти, о божественном и природном в человеке. Мир римских пап с мечтами о долголетии и страхом смерти, спорами о хрупкости тела и бессмертии души предстает перед нами во всем его многообразии.Перевод книги на русский язык выполнил российский медиевист, доктор исторических наук, специалист по культуре средневекового Запада Олег Воскобойников.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Агостино Паравичини - Бальяни

История
Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность
Изгои Средневековья. «Черные мифы» и реальность

Закрытая община иноверцев, много столетий жившая в фанатичной христианской Европе. Алчные ростовщики и вероломные предатели – и поджидающие их за стенами квартала изощренные наветы и кровавые погромы. Как вы думаете, о каком народе мы сейчас говорим?Евреи. Как наглядно показывают писатели и кинематографисты, их тысячу лет ждали только презрение, ненависть и кровопролитие. Но так ли это на самом деле и сколько в этом стереотипе правды? Галина Зеленина расскажет вам совсем другую историю средневековых евреев и их заклятых соседей христиан – историю, которую реконструируют ученые. И поверьте – здесь есть, чему удивиться.В этой книге мы поговорим:– о политике церкви и короны, стремлении к законности и незаконных гонениях на евреев;– о повседневных контактах христиан и евреев в средневековом городе;– об иудео-христианской полемике, знаменитых диспутах и их последствиях;– о насилии, мученичестве и мессианских ожиданиях.История христиан и евреев содержит много загадок и мифов, которые должны быть раскрыты и исследованы. Давайте вместе начнем приоткрывать завесу этой тайны.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Гила Лоран

История
Легенды Царьграда
Легенды Царьграда

Настоящую книгу составили переводы греческих текстов VIII–X веков, рассказывающих различные истории, подчас фантастические, о древней культуре Константинополя. Заброшенные в «темные века» здания и непонятные статуи внушали горожанам суеверный ужас, но самые смелые из них пытались проникнуть в тайны древних памятников, порой рискуя жизнью. Загадочные руины обрастали пышными легендами, а за парадным фасадом Города крылся необычный мир древних богов и демонов.Путешествуя по «воображаемому Константинополю» вместе с героями текстов, читатель сможет увидеть, как византийцы представляли себе историю дворцов и бань, стен и башен, храмов и монастырей, а также окунуться в прошлое и даже будущее столицы христианского мира.Книга «Легенды Царьграда» составлена и переведена Андреем Виноградовым, российским историком, исследователем Византии и раннего христианства.

Андрей Юрьевич Виноградов

История
Изобретение новостей. Как мир узнал о самом себе
Изобретение новостей. Как мир узнал о самом себе

Книга профессора современной истории в Университете Сент-Эндрюса, признанного писателя, специализирующегося на эпохе Ренессанса Эндрю Петтигри впервые вышла в 2015 году и была восторженно встречена критиками и американскими СМИ. Журнал New Yorker назвал ее «разоблачительной историей», а литературный критик Адам Кирш отметил, что книга является «выдающимся предисловием к прошлому, которое помогает понять наше будущее».Автор охватывает период почти в четыре века — от допечатной эры до 1800 года, от конца Средневековья до Французской революции, детально исследуя инстинкт людей к поиску новостей и стремлением быть информированными. Перед читателем открывается увлекательнейшая панорама столетий с поистине мульмедийным обменом, вобравшим в себя все доступные средства распространения новостей — разговоры и слухи, гражданские церемонии и торжества, церковные проповеди и прокламации на площадях, а с наступлением печатной эры — памфлеты, баллады, газеты и листовки. Это фундаментальная история эволюции новостей, начиная от обмена манускриптами во времена позднего Средневековья и до эры триумфа печатных СМИ.В формате PDF A4 сохранен издательский макет.

Эндрю Петтигри

Культурология / История / Образование и наука
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже