– Роза, ложись спать, я скоро буду, – сказала я. – С Лидой все в порядке.
Приехала ли я срочно, как обещала? Нет.
Помнит ли про этот случай Роза спустя десять лет? Нет.
Осталась ли у нее какая-то психологическая травма от этого? Тоже нет.
Зато психологическая травма осталась у Лени, который увидел, как за пять минут няня сначала умерла, а потом воскресла.
Лиду я уволила спустя несколько месяцев, до того как она полностью захватила власть в нашей семье. А вот Леня остался.
Его присутствие в нашей жизни выявило болевые точки.
Первое, что обнаружилось: дети не в восторге, что маму приходится с кем-то делить. Дополнительный конкурент никому был не нужен. Кстати, именно на этом аспекте паразитируют все моралисты.
– Все равно отчим, как отец, любить не будет, – говорят они.
В переводе с пассивно-агрессивного: не надо тебе сейчас никакого счастья, подожди еще лет десять.
Второе, что показал тест-драйв отношений: я не нужна детям круглосуточно, и если у матери будет своя личная жизнь, то все станут только счастливее.
Есть много штампов про то, что мужчины не любят женщин с детьми. С тем же успехом вместо слова «дети» можно поставить кошек, собак и комнатные растения. Это не так. Если мужчина любит женщину, то уже не важно, переедет она к нему с детьми или с коллекцией кактусов.
– Какая мне разница, есть у тебя дети или нет? – сказал Леня. – Я буду любить вас всех.
Как-то он услышал, что у девочек низкие баллы за выступления на соревнованиях, потому что элементы «дешевые» («стоимость» элемента равна его сложности). Не очень понимая, но недолго думая, он предложил:
– Давай я куплю! Сколько там надо, чтобы были дорогие?!
Он катал их на плечах, ел с ними сахарную вату и говорил мне: «Чего ты такая серьезная?»
Нина с Леней не общалась. Не принимала подарки. Очертила мелом границу возле комнаты, запретив туда заходить. Демонстративно молчала.
Роза выбрала другую тактику. Она не только принимала подарки, но и поучала старшую сестру.
– Возьми и скажи, что нравится. Он же на свои деньги купил, не на твои, – чуть свысока советовала она.
– А если меня потом спросят, почему я не ношу? – беспокоилась Нина.
– Скажешь, только вчера сняла.
Если Леня отвозил девочек в школу, то Нина старалась идти отдельно, делая вид, что эти двое не с ней. Так, идут тут рядом, девочка похожа на сестру.
Если надо было перейти через дорогу, то Нина шипела:
– Не смейте подходить ко мне.
Роза в этой войне не участвовала. Она, как обычно, старалась получить от жизни все. Поэтому она расслабленно шла с Леней, сдав ему портфель, и по возможности напоминала, что неплохо бы купить ей шоколадку.
Расстались мы с Леней спустя три года, когда они с Ниной уже поладили и ходили вдвоем на концерты, а Роза ездила с ним на соревнования.
В день, когда Леня должен был съехать, мы отправились на ночевку к Кате-Блокируй. Я не хотела, чтобы девочки видели, как выносят коробки с вещами. Я хотела вернуться уже в пустую квартиру. С годами приходит опыт, и всякий раз начинать жизнь заново уже не так сложно. Я знаю, как это делать.
У Кати нас ждали сырники, мороженое и конфеты – это было наше проверенное годами лекарство от проблем.
– Мы с тобой можем выпускать тематические наборы «Все летит к чертям». Там будет шоколад, чипсы и вино. Для таких задротов, как мы, кто не пьет алкоголь, будут ПП-наборы с сырниками.
– Зина, мы обогатимся!
Нина со мной почти не разговаривала в тот вечер. Я никак не могла понять, что происходит. Финансово я была совершенно самостоятельна, так что с Леней или без него – наша жизнь никак не менялась.
– Нинуль, а в чем дело?
– Я вижу, что тебе плохо, – сказала она, – мне тебя очень жаль.
Я обняла Нину. Как я пропустила, что она стала совсем взрослой и поняла, про что я молчу, несмотря на все мои шуточки?
На следующий день мы вернулись домой.
Это было летом. Мы с Ниной пошли на шопинг. В привычных магазинах она выбирала совершенно невообразимые вещи: топы с открытым животом, джинсовые короткие шорты, какие-то полосочки на грудь вместо лифа. В примерочную заходила моя дочь, а выходила уже совсем другая девица.
– Вот это хайпово! Как тебе?
Мне хотелось заорать на всю примерочную: «Ты никуда не пойдешь в таком виде! Особенно вечером! Особенно на концерт!» – но я промолчала. Разве мое мнение было важно?
Сначала я не могла понять, почему она переодевалась теперь так долго? А потом до меня дошло! Она отправляла фотографии подружкам, и там, в своем чатике, они решали: хайп или не хайп. Крутецкое платье или отстой. Она ждала их ответ. Их мнение было важным. А я тут стояла чисто для того, чтобы оплатить покупки. Но по старой памяти и в силу привычки Нина продолжала спрашивать меня.
Мне понравились три комплекта одежды из пяти. Нина взяла два других.
– Мам, я поеду вечером с подружками, ок?