Масоны. Как вольные каменщики сформировали современный мир

Индия Киплинга всегда была ярче, чем его Англия. На этом этапе его жизни имперская родина была не столько местом, сколько поводом: «Я привязан к Англии как к штаб-квартире империи, но я не могу сказать, что здесь мне хорошо или удобно». Он погрузился в литературный Лондон, но продолжал смотреть на него с подозрением, возмущаясь безразличием к великому проекту империи. Он начал задумываться о своей миссии: надо рассказать британцам об окружающем мире и об их священном долге перед огромной частью мира. «А что знать об Англии, в которой не знают ни о чем за пределами Англии?» — писал он в «Английском флаге» (The English Flag, 1891). Однажды он сказал: «Естественно, я считаю, что в мировой истории не было ни одного цивилизационного эксперимента, который можно было бы сравнить с британским правлением в Индии».

В 1892 году Киплинг женился на американке Кэролайн «Кэрри» Старр Бейлстир. Пара переехала из Лондона на ее родину, чтобы создать семью, и построила себе дом недалеко от Братлборо, в «гористой и лесистой местности» Вермонта. Здесь, где зимний снег поднимался над подоконником окна его кабинета, все чувства Киплинга были устремлены к Индии, которая жила в его душе и голове: вкусу перца чили и манго, шепоту ветерка в банановых листьях, запаху куркумы и сигар, ощущению жара — бесконечного, ослабляющего — и опиума, который он курил, чтобы противостоять его воздействию. Классика детской литературы «Книга джунглей» была написана Киплингом в Вермонте.

Любимое стихотворение британских масонов было тоже написано в Вермонте после встречи Киплинга с Артуром Конан Дойлом, который также горячо верил в Британскую империю. Осенью 1894 года, недавно убив своего персонажа, Шерлока Холмса, у Рейхенбахского водопада, Конан Дойл взял перерыв в лекционном туре по Соединенным Штатам, чтобы провести пару дней в Вермонте, обучая Киплинга игре в гольф (хотя специальной лужайки там, конечно, не имелось).

Конан Дойл и Киплинг укрепляли дружбу, долго гуляя по окрестным долинам. Беседовали два писателя на очень многие темы, включая масонство. Конан Дойл был инициирован 26 января 1887 года недалеко от своего дома в Саутси, Хэмпшир. В 1889 году он покинул ложу из-за загруженности работой и путешествиями, но позже снова присоединился к ней. В его рассказах порой возникают масонские мотивы. Киплинга «искусство» увлекало гораздо больше, чем Конан Дойла. Как написал один из его биографов, он любил очистительную рутину ритуала, а также ему нравилось «принадлежать к узкому кругу людей с тайными паролями, в котором он мог быть в безопасности от женщин, очаровывавших и пугавших его, в котором он мог встречаться со странными людьми, подходящими для включения в его книги».

Киплинг неоднократно возвращался к масонству в своих произведениях, например в рассказе «Человек, который хотел быть королем» (The Man Who Would Be King 1888), действие которого происходило на далекой границе Индии. В 1975 году по нему был снят одноименный фильм с Шоном Коннери и Майклом Кейном в главных ролях. Масонство Киплинга было связано с Индией: в 1886 году он получил посвящение в ложе «Надежда и настойчивость» в Лахоре.

Уникальная химия тех октябрьских дней с Конан Дойлом в Вермонте — сочетание дружбы, особого английского духа, воспоминаний об Индии и масонстве — наполнила Киплинга поэтическим вдохновением, и он написал «Материнскую ложу» (The Mother Lodge) за один присест.

Лирический герой стихотворения, как и всего сборника «Казарменные баллады» (Barrack-Room Ballads), анонимный английский пехотинец, соль империи, воплощение невоспетого героя. Как нарушителю спокойствия, ему запрещено посещать пабы на родине, однако в своем потрепанном рюкзаке он несет свет цивилизации в «темные уголки земли» (как их называл Киплинг). Имперский солдат знает, что награда за его самоотверженное служение — смерть в далекой стране, либо от дизентерии, либо от копья туземца. Масонство — его утешение и скромная философия. В «Материнской ложе» он с тоской вспоминает, как впервые познакомился с тайнами «искусства» далеко в Индии. Братья из его материнской ложи были людьми обычными: начальник станции, тюремщик, лавочник и мелкий чиновник. Но отсутствие денег и титулов они компенсировали братским усердием:

Драгоценных нет регалий,Ложа старая пуста,Но мы чтили знаки древних —Каждая черта свята…

Самое главное, что в ключевой строфе стихотворения и припеве солдат говорит нам, что его масонские братья были людьми всех рас и вероисповеданий.