Мать порядка. Как боролись против государства древние греки, первые христиане и средневековые мыслители

Действительно, для анархизма характерна последовательная критика представительной демократии, как минимум. Уже Прудон, не самый радикальный анархист, будет говорить, что «все политические партии, рвущиеся к власти, несут в себе начало абсолютизма», и потому «всеобщее избирательное право — это контрреволюция», что, если сто человек подавляют и угнетают от имени одного правящего человека — это зло, но почему не наоборот: если одного человека от лица ста правящих угнетают? Анархизм потратит очень много усилий на критику парламентов, партий, избирательного права. Да, знаменитые анархистские лозунги, которые и сейчас активно используют: «Если бы избирательное право что-то меняло, его бы отменили!» и потому надо: «Бастовать, а не голосовать!» и «Выборы рабами господина не отменяют противоположность между рабами и господами». И вот сейчас я читаю замечательную книжку Дэвида Грэбера, который приводит такой хороший анекдот: «Сколько требуется избирателей, чтобы поменять лампочку? Ответ: ни одного, потому что избиратели ничего не могут поменять».

То есть анархизм очень много и основательно критикует представительную демократию. Но при этом многие анархисты считают, что анархизм является последовательным развитием принципов прямой демократии. У прямой демократии с анархизмом, несомненно, есть близкие зоны и даже места совпадения. Демократия прямая, непредставительская, — демократия ассамблей, общих собраний, Советов, демократия делегирования, в отличие от депутатства, когда делегат не решает что-то за пославших его, а просто выражает их волю, выраженную в императивном мандате (безусловном поручении). Многие анархисты (тот же Грэбер, которого я упомянул) слово «демократия» используют во вполне положительном духе.