Разговор похож на торговлю: гнев Ани против гнева Федора.
Кроме определенного времени разговора нужны и другие правила, которые позволят Федору не злиться. Аня предлагает: я должна иметь возможность выразить свой гнев по поводам, которые меня не устраивают, но ты можешь выбрать форму, в которой я буду это делать. Выбери такую форму, которая тебя не бесит.
3. Практика и повторение.
Важно помнить, что все это не сработает сразу. Возможно, Аня будет давить, а Федор – слишком сильно защищаться. Но, если поле для диалога создано верно, если им удалось предусмотреть свои эмоциональные реакции, рано или поздно Федор обнаружит, что ему тоже хочется высказаться. «Кстати! Почему говоришь только ты? У меня тоже есть кое-что, что я хотел бы обсудить». И это будет началом конструктивного диалога.
Люди, которые блокируют гнев, боятся споров, ссор, конфликтов. Возможно, таков их жизненный опыт. Например, когда они начинали ссориться с мамой, та жестко «подавляла бунт», переставала разговаривать на три дня или объявляла: «Ты меня в гроб вгонишь». Конфликт кажется многим людям чем-то страшным, потому что они боятся, что за ним сразу последует разрыв отношений. Они не верят, что можно поссориться, а потом спокойно помириться, и тем более – что можно просто, не ссорясь, обсудить свои разногласия.
Никто не должен брать на себя ответственность за эмоции супруга. Никто не должен терпеть, когда ему едят мозг, и никто не должен избегать разговора только потому, что партнер злится на любые попытки поговорить. Я точно знаю, что научиться говорить о конфликтных ситуациях можно, даже если вы раньше не умели, потому что я психотерапевт и видел много пар, которые научились этому с нуля.
Если некоторым трудно осознавать и переживать гнев, то другие люди, наоборот, прячут за гневом те чувства, которые им не нравится испытывать.
Очень часто за гневом прячется страх. Он ведь тоже может быть «чувством с плохой репутацией».
Например, если в детстве кого-то учили, что бояться стыдно, что мужчина должен быть бесстрашным и свирепым, такой человек может мгновенно заменять страх гневом и даже не замечать этого.
Впрочем, связка страха и гнева вообще очень характерна. Вот лишь несколько частых примеров.
– Мать испугалась за подростка, который отключил телефон и пришел поздно, и вместо того чтобы рассказать ему, как тревожилась и как он ей дорог, отчитывает его. Или шлепает трехлетку, в последний момент сняв его с подоконника.
– Жители маленького города боятся наводнивших его мигрантов и первыми начинают стычки с ними.
– Начальник боится, что нанятый им эксперт уничтожит его авторитет, и обращается с ним высокомерно, подавляюще, «ставит на место».
Иногда гнев заступает на место страха очень быстро, и мы даже не успеваем понять, что испугались. Так жили наши предки. Напади первым, укуси, пока не укусили тебя. Напугай непослушного, чтобы тому впредь было неповадно делать опасное. Покажи, что ты страшный, – все будут бояться и не узнают, что ты слабее. Кто сильнее разгневается, за тем и останется победа. Трус отступает, агрессивный побеждает.
Почему это неправильно, если это «естественно»? Кажется, в природе это работает, так почему бы не оставить все как есть?