Меня всё бесит! Как преобразовать гнев в созидательную энергию

Маша:

Когда у мамы умер кот, она решила обвинить в этом соседей. Стояло жаркое лето, а кот пушистый и старенький. Мама нашла его под кустом – скорее всего, у бедняги сдало сердечко. Она почему-то решила, что соседи каким-то образом причастны к смерти кота, пришла к ним на крыльцо и стала кричать, что пойдет в суд и слупит с них огромную сумму денег. При этом она их реально очень сильно оскорбляла, например заявляла, что их огромный дом построен на ворованные деньги! Эта идея о суде с соседями не покидала маму до самого вечера. Помогло только то, что я стала показывать ей на телефоне старые фотографии любимца, еще котенком. Мама разрыдалась и как-то приняла случившееся. Мы потом долго извинялись перед соседями – в тот день я сама, а мама уже на следующий.

Антон:

Я помню, как было, когда умерла мама. Я был подростком, и меня постоянно охватывала жуткая злоба на весь мир, беспричинная, как мне казалось. У нас были хлипкие фанерные двери – они были все в дырах, я их пинал. Ночью шел и бил водосточные трубы с ноги, резал сиденья в автобусах. Просыпался оттого, что в злобе скрежещу зубами. Иногда чувствовал такую ненависть к младшему брату, что хотелось его убить. Еле сдерживал себя. Однажды я остался после уроков переписывать контрольную по физике, а потом зашел в библиотеку – надо было взять книжку для урока по литературе. Читать я ее не собирался, просто без книжки на уроке ставили двойки. И вот я зашел туда, а старенькая библиотекарша поручила мне полить все цветы, которые стояли у нее на окнах. У нее была маленькая лейка, которую приходилось все время наполнять. Поэтому я потратил на полив полчаса. И вот это хождение туда-сюда по пустынной школе и поливка сухой земли в цветочных горшках привели меня в какое-то медитативное состояние спокойной печали… Нахлынули воспоминания… Я не знаю как, но злость моя прошла. Той ночью мне впервые снились хорошие сны.

Елена:

Бабушка много раз рассказывала. Ее мать, моя прабабка, умерла при родах четвертого ребенка. Прадед был в такой ярости на этого ребенка, что хотел просто оставить его «подыхать на улице». Время было суровое, край таежный, никто бы и не заметил. Тогда теща, прабабкина мама, потихоньку взяла ребенка и ушла за десять километров к соседке, никому ничего не сказав. А старших детей с отцом оставила. Они тоже маленькие, плачут, пищат, есть хотят. Некуда деваться – стал их кормить, возиться с ними. Из дома не уйти. Так просидел с ними несколько дней, пока теща не вернулась. За это время гнев прошел, прадед ребенка принял и никогда больше не вспоминал, что тот «виноват» в смерти матери.