Мясорубка. Как Россия полюбила кровавый спорт

Число спонсоров росло, поэтому стали расти и гонорары бойцов. Если в первом сезоне платили 20 + 20 (20 тысяч за выход и еще 20 за победу в одном бою), миллион победителю и могли быть бонусы от спонсоров, то во втором сезоне, по словам человека, знакомого с ситуацией, уже ввели индексацию. За первый бой платили 20 + 20, потом 30 + 30, 40 + 40, а гонорары в поединках вне гран-при зависели от места в рейтинге. Потом гонорары стали обсуждаться лично с каждым. На момент 2024 года топовые бойцы Hardcore могут получать от 500–700 тыс. и выше за бой, звезды – по 2–3 млн. Любопытно, что после первого гран-при несколько бойцов решили, что гонорары растут недостаточно быстро, и уходили из организации со скандалом, как Эмиль Новрузов и Тимур Никулин. Примечательно, что оба в 2022 году вернулись в Hardcore, причем Никулин параллельно проиграл организации суд, по собственным словам, заплатив за нарушение контракта около 300 тыс. рублей[274]. Для Анатолия это был принципиальный момент[275].

Впрочем, несмотря на рост гонораров, в контексте Hardcore нередко говорят об их задержках. Экс-чемпион Hardcore Мартин Джуарян, например, в 2023 году рассказывал Святославу Коваленко о задержках гонорара на два-три месяца[276]. А Дауд «Стхански» Кельбиханов говорил, что знает бойцов, которым задерживают гонорары за три-четыре боя[277]. И таких цитат можно найти немало. «Я лично постоянно сталкиваюсь с историей, когда рекламодатели задерживают платежи на три, четыре, пять месяцев, это действительно имеет место быть, и особенно в той турбулентности макроэкономической, которая существует сейчас в мире», – рассказывал Анатолий Sport24 в 2023 году[278].

«За всю новейшую историю России, за тридцать лет, – говорил мне Сульянов, – Hardcore – единственный успешный коммерческий проект. В российском спорте этого не делал никто». Уверенность в себе, своих действиях и своем продукте – в принципе одна из характерных черт промоутеров боев. Единственным прибыльным российским промоушеном «Стрелку» называл ее основатель Грэг. И Регбист, и Сульянов в разговоре со мной даже не сомневались, что их организация – лучший кулачный промоушен не только в России, но и в мире.

Насколько Hardcore в действительности прибылен – предмет постоянных споров. Официально Hardcore принадлежит отцу Анатолия[279], а его сестра Светлана по прозвищу «Мама Хардкора» работала в промоушене продюсером и лично отбирала бойцов на первые два сезона гран-при. Возможных инвесторов и совладельцев Сульянов не раскрывает, за исключением Максима Каганского – бизнесмена, владельца сети фитнес-клубов Pride Club и экс-сотрудника органов внутренних дел[280].

«Я почти уверен, что если все разложить на отдельные ивенты, то получится не очень выгодная история, – говорит о Hardcore ТВ-продюсер и организатор боев Андрей Баздрев. – Но так как контракты с букмекерами годовые, со спонсорами тоже на ряд мероприятий, есть доход от других бизнесов, связанных с основным брендом… то в целом, думаю, достаточно выгодно для всех участников получается». При этом очевидно, что сам Сульянов относится к Hardcore предельно серьезно и системно. Промоушен изначально делался с возможностью масштабироваться, а границы своей империи Анатолий охраняет жестко. С теми, кто нарушал условия контракта, Анатолий судился, а его команда хантила известных бойцов из других организаций.

Параллельно росту медийной мощи Hardcore Сульянов прокачивал свой личный бренд. Он стал мастером точечных вбросов, благодаря которым попадал в СМИ. Появится новость, что чемпион UFC Франсис Нганну может уйти из организации – и Анатолий тут же ему предлагает два миллиона долларов за бой с чемпионом Hardcore Тимуром Слащининым[281]. И многие впервые узнают о существовании Hardcore и Слащинина. Или, например, главным ньюсмейкером российских боев весной 2021‐го стал рэпер и блогер Алишер Моргенштерн, которого внезапно для себя открыли консервативные российские бойцы. Боксер Денис Лебедев назвал его «отбросом общества»[282], а боец ММА Александр Шлеменко – «чертом, а проще сказать – бесом»[283]. Моргенштерн в ответ предложил запретить ММА, где бьют лежачих, и сказал, что готов подраться со Шлеменко за $20 млн. Сульянов выложил совместное с Алишером видео и попал в заголовки новостей с анонсом, что певец заключил с ним контракт и проведет бой по правилам ММА. В итоге Моргенштерн поработал комментатором на одном из выпусков Hardcore.

Мифотворчество, в принципе, – часть работы любого промоутера боев, будь то Дон Кинг или Дэйна Уайт. Для своей аудитории Hardcore всегда выглядел круче, чем был на тот момент. Это в принципе характерно для мира боев, где всё постоянно раздувают, преувеличивают и упрощают. Причем занимаются этим все – бойцы, менеджеры, фанаты, но сильнее всего промоутеры[284]. Впрочем, при всех преувеличениях и маркетинге реальный – спортивный и медийный – уровень Hardcore рос очень быстро.

Больше спорта и больше проблем